Лао-цзы на границе. Проблески мистического видения

Возможно, осознав такую пустоту ума, Лао-цзы заключил:

«Поэтому мудрец пребывает в бездействии и учит без слов».

Подобно тому как фермер по следам на снегу или грязи находит заблудившееся или отбившееся от стада животное, в японских сказках о выпасе быков искатель ищет Быка – высшее «Я» или свой дух. Перефразируя Романо Гвардини, это «Я» не Безымянное и в то же время не что иное, как Безымянное. Подобно Безымянному, оно не имеет ни имени, ни формы, является нети-нети – ни тем, ни другим, – не имеет биографии и никогда не перестанет быть.

Оно (высшее «Я») прячется, но если мы пойдем по его следам вверх по горе, то действительно сможем найти, поймать и приручить его. В этих пастушьих сказках счастливый пастух возвращается на рынок верхом на уже управляемом Быке, чтобы учить других, и часто он предстает в обличье святого юродивого.

Лао-цзы был святым, но не юродивым. У него, безусловно, имелись последователи, поскольку «Лао-цзы» было не его настоящим именем, а почетным званием, означающим «Старый мастер» или «Почтенный мудрец».

В прошлой жизни некоторым из нас, возможно, посчастливилось услышать его наставления лично, стоя в толпе собравшихся слушателей на рынках Чэнчжоу (действительно, какая приятная мысль!).

Инь Си признал мастера и, почитая его как бесценное национальное достояние, не позволил лишить свой народ его мудрости. Очевидно, Лао-цзы уже давно приручил своего Быка, и поэтому мы символически представляем его верхом на водяном буйволе, въезжающем в пустошь и убегающем с рынка, на котором он прослужил восемьдесят лет.

Вы искали Быка? Есть ли у вас страстное желание последовать за Лао-цзы в неизвестность? Те, кто погружен в обыденность, находят мысль о Быке непостижимой по той простой причине, что у них нет желания проникнуть в ее суть. Вместо этого они предпочитают оставаться в ловушке десяти тысяч вещей – расе, поле, нации, школе, работе, политике, семье, церкви, развлечениях, в скоплениях всякой ерунды и в запутанных узлах человеческих эмоций.

Для них лучше вечно жить в этом сне Арлекина, нежели проснуться ни с чем.

Другие – созерцатели. (Возможно, таковыми могут быть двое из ста человек, согласно данным трансперсональных психологов.) Они, даже живя такой же жизнью, чувствуют побуждение найти Нечто Большее, то самое, что привлекло Лао-цзы к границе и что объяснит высшую цель их пребывания в данном месте. Возможно, они слышали буддийское приглашение: «Не забывайте о своей подлинной целостности и благости.