Государство, общество и природа в России конца XIX – первой трети XX века. Танго втроём

Сталиным и его окружением против украинских националистов (голод-геноцид, голодомор)[113 - Conquest R. The Harvest of Sorrow: Soviet Collectivization and the Terror-Famine. London, 1986; Mace J. E. The Famine of 1933: A Survey of the Sources. Famine in Ukraine 1932–1933 / eds. R. Serbyn and B. Krawchenko. Edmonton, 1986. P. 45–65; Кульчицкий С. В. Почему он нас уничтожил? Киев, 2007 и др.], естественно-природного характера (засуха 1932 г.)[114 - Tauger М. B. The 1932 Harvest and the Famine of 1933 // Slavic Review. 1991.

Vol. 50. No. 1. P. 70–89; Таугер М. Б. Урожай 1932 г. и голод 1933 г. // Судьбы российского крестьянства: сб. ст. / под. общ. ред. Ю. Н. Афанасьева. М., 1996. С. 298–332; Tauger М. B. Natural Disaster and Human Actions in the Soviet Famine of 1931–1933 // Carl Beck Papers. No. 15 006. Pittsburg, 2001; Tauger М. B. Soviet Peasants and Collectivization, 1930–1939: Resistance and Adaptation // Rural Adaptation in Russia / ed. S. K. Wergen. London, New York, 2005. P. 65–94.], а также последствия противостояния власти и крестьянства в период коллективизации как комплекс причин компромиссного и объективного характера[115 - Fitzpatrick S. Stalin’s Peasants: Resistance and Survival in the Russian Village after Collectivization. New York; Oxford, 1994; Viola L. Peasant Rebels under Stalin: Collectivization and the Culture of Peasant Resistance. New York, 1996; Graziozi A. The great Soviet peasant war. Bolsheviks and Peasants, 1917–1933. Cambridge, 1996; Дэвис Р., Уиткрофт С. Годы голода: Сельское хозяйство СССР, 1931–1933 / пер. с англ. О. Ю. Вздорик; под ред. Л. Ю. Пантиной. М., 2011 и др.]. В центре дискутируемых последствий голода 1932–1933 гг. с подачи В. П. Данилова стоят, как правило, демографические потери, что вполне объяснимо стремлением провести объективный подсчет числа жертв. Многомиллионные людские потери, понесенные в результате голода и сопутствовавших болезней, по мнению ряда исследователей, были следствием сталинской антикрестьянской политики раскулачивания и коллективизации с целью материального обеспечения индустриализации. Важнейшим событием для всестороннего и взвешенного осмысления причин и последствий голода 1932–1933 гг. стала публикация серии сборников архивных документов, рассекреченных и введенных в широкий оборот в конце 1990-х – 2010-е гг.: «Советская деревня глазами ВЧК-ОГПУ-НКВД»[116 - Советская деревня глазами ВЧК-ОГПУ-НКВД. 1918–1939. Документы и материалы: в 4 т. / под ред. А. Береловича, В. Данилова. М.