Трикстер. Исследование мифов североамериканских индейцев

Тем интереснее, что у большинства народов Западной Сибири (кроме ненцев) трикстер с видами животных вовсе не ассоциируется, он антропоморфен и действует в том числе в повествованиях, насыщенных этиологическими эпизодами. Он ближе тому персонажу, которого Радин исследовал у виннебаго, нежели лисе или Ходже Насреддину. При этом если эддический Локи смещен от трикстера в сторону демонического противника, то в образах Ити, Ёмбу и прочих западносибирских антропоморфных трикстеров ярче проявляются черты героя – своего, умного и успешного.

Все это означает, что радинский трикстер есть именно идеальный тип, исследовательский конструкт, тогда как наборы признаков у конкретных персонажей варьируются, соединяясь в почти любых сочетаниях. Очень похоже на то, что фольклорные «архетипы» являются не древнейшими инвариантами, на основе которых со временем возникло разнообразие конкретных образов, а результатом многотысячелетнего отбора на запоминаемость. Именно поэтому в исторически поздней евразийской сказке мы видим гораздо более чистые типы персонажей, нежели в мифологиях удаленных областей ойкумены.

И по той же причине региональные традиции столь сильно отличаются друг от друга – они развивались самостоятельно по непредсказуемым траекториям.

Антропоморфные протагонисты евразийско-североафриканских анекдотов выглядят инновацией. Они не встречаются в древних текстах, а их имена восходят к именам исторических персонажей (человек по имени Насреддин жил и был похоронен во времена Тимура).

В то же время в некоторых сюжетах лиса и антропоморфный трикстер взаимозаменяемы. Вполне вероятно, что даже в эпоху античности трикстеров типа Ходжи Насреддина еще не существовало.

Как это ни поразительно, но больше всего на трикстерские повествования североамериканских индейцев похожи западноафриканские сказки. Сходство касается не только самого типа классического трикстера, но и конкретных эпизодов, в которых он участвует. Единственное различие в том, что паук или заяц в Африке не выступают в качестве демиургов, хотя этиологические мотивы в таких нарративах встречаются.

Полноценных космогоний в Африке южнее Сахары вообще мало, и они сугубо локальны. Это позволяет относить их появление к недавнему времени. Североафриканское (арабо-берберское) влияние здесь вполне допустимо.

Вероятность случайного совпадения в сюжетах и в типах персонажей между Америкой и Африкой южнее Сахары оценить невозможно.