На пути к философии. Путевые размышления

ько лет преподаю, что наверное опреподавателилась окончательно

А что такое это преподавание? Низведение сложного до уровня простого Это у меня получается, студенты мой материал понимают с лёгкостью А сама я? Упростила свое сознание, вульгаризировала его, упустила напряжение мысли, не схватила его Я не его показываю студентам

Критически посмотрев на себя, я вижу вред мышлению от моей деятельности Вот твоя работа, Косилова

Еду в автобусе, смотрю в окно, темно, вечер, огни Надо бы пройтись ногами Потом пройдусь

Сегодня с утра я писала очередную статью и хотела найти у Хайдеггера что-то краткое про язык, стала перечитывать Бытие и время, а от него всегда остаётся впечатление головокружения и волшебства И я пыталась сформулировать, что Хайдегеру удалось сделать, и подумала: он ухватил субъекта в его дорефлексивности Наверняка импульс ему придал Гуссерль, но у Гуссерля нет этого волшебства, у него работа мысли, трудная, не выводящая на столбовые дороги никак

А Хайдеггер так изящен, ему удалось пробить какую-то стену

Многие мои френды здесь «континенталисты» Так можно назвать тех, кто предпочитает континентальную философию и не жалует американскую аналитическую Ну я не континенталистка У американцев нередко все чересчур логично, это конечно своего рода недостаток, но у них есть шедевры Скажем, Крипке с его следованием правилу Собственно, он сделал вариации на тему позднего Витгенштейна, и конечно Витгенштейн это гений Его нельзя однозначно отнести к аналитической философии, он немец

А вот Крипке Когда я его читала, мне было не на шутку страшно Какой-то бытийный ужас таился в его рассуждениях о следовании правилу Хотелось заткнуть уши, закрыть глаза и закричать: Не надо! Не надо больше! Все ведь не так!

Но все на самом деле так

Крипке приближается к какой-то экзистенциальной пропасти, которая раскрывается в глубине нашего мышления, когда мы с чистой душой «следуем правилу» А правила-то нет

Витгенштейн тоже все время стоял на краю пропасти и изучил ее край

Там ведь можно быть в каком-то смысле бессовестным, и тогда никакой проблемы, но здесь странно переплетаются совесть и истина Очень странно

Вот аналитик Хартри Филд Это тот, который говорит, что математических объектов нет, математика это фикция, вроде сказки, а истинные математические предложения отличаются от ложных только тем, что первые укладываются в принятый дискурс Говорит он это, и кажется внутри у него ничего не шевелится

Однажды Полина Ханова сказала запоминающуюся