Самоукорение и терпение

: Руководство к духовной жизни преподобных Варсонофия и Иоанна в ответах на вопрошения учеников. Ответ 311. – М.: Правило веры, 2005. С. 348–349. – Здесь и далее – прим. ред.] так, напротив, основная для них добродетель, на которой зиждутся и держатся все прочие добродетели, есть самоукорение. Потому-то авва безмолвников Нитрийских и сказал, что главнейшее делание их, по его усмотрению, есть постоянное самоукорение.[5 - См.: Алфавитный Патерик, или Достопамятные сказания о подвижничестве святых и блаженных отцов.

О Феофиле архиепископе. – М.: Изд. Сретенского монастыря, 2009. С. 387–389.] Самоукорение, достигнув полноты своей, искореняет окончательно злобу из сердца, искореняя из него совершенно лукавство и лицемерство, непрестающие жить в сердце, доколе самооправдание обретает в нем место. Преподобный Пимен Великий сказал, что ненавидение лукавства заключается в том, когда человек оправдывает ближнего, а себя обвиняет во всяком случае.[6 - См.: Алфавитный Патерик, или Достопамятные сказания о подвижничестве святых и блаженных отцов. Об авве Пимене. – М.: Изд. Сретенского монастыря, 2009. С. 297.] Изречение это основано на словах Спасителя: Спаситель наименовал всякого, осуждающего ближних, лицемером (см.: Мф. 7, 5). При самоукорении безмолвник увидит всех человеков святыми и Ангелами, а себя грешником из грешников, и погрузится, как в бездну, в постоянное умиление.

Превосходные образы самоукорения мы имеем в Рыданиях преподобного Исаии Отшельника[7 - Поучения и слова преподобных аввы Исаии Отшельника и Марка Подвижника.

 – М.: Правило веры, 2007. С. 279–293.] и в 20-м Слове святого Исаака Сирского. Святой Исаак, которого книга вообще содержит наставления для безмолвников, сделал такое заглавие своему Слову: Слово, содержащее в себе нужнейшее и полезнейшее повседневное напоминание безмолвствующему в келье своей и призволяющему внимать единому себе. «Некоторый брат, – говорит святой Исаак, – написал следующее и полагал это непрестанно пред собою в напоминание себе: «В безумии прожил ты жизнь твою, о посрамленный и достойный всякого зла человек! По крайней мере, охранись в этот день, оставшийся от дней твоих, принесенных в жертву суете, вне благой деятельности, обогатившихся деятельностью злою. Не вопроси об этом мире, ни о состоянии его, ни о монахах, ни о деятельности их, какова она, ниже о количестве подвига их, – не вдайся в попечение о чем-либо таком.