Примите свою эмпатию: сделайте чувствительность своей силой

Из-за этого мои родители часто ссорились, и тем летним днем, наверное, все было как всегда. Предполагаю, что мама хотела куда-то сходить и чем-нибудь заняться в один из последних ясных дней накануне осени, а папа предпочитал смотреть «ящик». Чем и занимался. Он просто сидел в своем кресле, неподвижно и отстраненно, пока мама делала то, что умела лучше всего: ругалась и вопила вперемежку со всхлипами.

– Я просто покончу с собой и все, – крикнула она ему. – Тогда ты пожалеешь, – добавила она, словно сейчас это могло что-то изменить.

Вместо того чтобы разрядить напряженную ситуацию, папа посмотрел сквозь маму, не отвлекаясь от бейсбольного матча. Бросив еще один сердитый взгляд на папу, мать уставилась на меня.

– А ты либо покончишь с собой вместе со мной, либо останешься с этим бессердечным типом, – бросила она, размахивая руками, будто выдвигала ультиматум.

Я просто стояла застыв, ошеломленная предложенным выбором. Когда я ничего не сказала, мама с отвращением покачала головой, выбежала из комнаты и захлопнула за собой дверь, словно завершая сказанное, и это потрясло меня.

– Пожалуйста, папа, – умоляла я. – Пожалуйста, пойдем за ней.

Большую часть времени мама была невидимой для отца – и я тоже. Он продолжал сидеть и смотреть в экран, никак не реагируя на мои слова. Даже в том возрасте я была прирожденным переговорщиком и сделала то, что показалось лучшим на тот момент: побежала следом за мамой.

Мне показалось, что я пробежала несколько миль (но на самом деле всего одну), прежде чем догнала ее.

Она стояла на мосту и смотрела на острые камни и ревущую реку внизу. Я буквально чувствовала, как разбивается ее сердце, пусть даже не понимала почему. Я переживала ее эмоции во всех подробностях – всем своим телом. Я не страшилась за себя. Она, кажется, тоже, откровенно говоря. Но я боялась за нее.

Энергия из интенсивной и напряженной стала мирной, и что-то подсказало мне, что с нами ничего не случится. К счастью, ангелы и духи-наставники вмешались, прежде чем разразилась трагедия.

Мама каким-то образом отшатнулась назад, подальше от перил моста. Что-то будто заставило ее очнуться, по крайней мере в тот момент.

После этого маму отправили в психиатрическую клинику, но ничто не помогло ей вернуться к жизни. Ни шоковая терапия, ни лекарства, ни психотерапевты. Ни муж, ни дети. Она дожила до шестидесяти восьми лет, но ее психика, аутоиммунное заболевание, слепота и, наконец, проблемы с сердцем так и не дали ей пожить по-настоящему.