Золотое Таро Климта. Танец запретных снов

Хотя, как выяснилось не так давно, Уэйт и Колмен не были новаторами в прорисовке Малых Арканов. Оказывается, создатели самой популярной в мире колоды Таро имели доступ к фотографиям итальянских карт Сола Буска, созданных в XV–XVI вв., и многие сюжеты позаимствовали именно из них. И художник Золотого Таро Климта Атанас Атанассов, создавший и реконструировавший ряд колод, в том числе два Великих Аркана из Таро Висконти-Сфорца, хорошо знакомый с историей Таро, сделал колоду по собственному замыслу и с учетом лучших традиций искусства картомансии.

Золотое Таро Климта впервые было издано в 2005 году, очень памятном для меня во многих отношениях. Колода увидела свет благодаря издательству Lo Scarabeo. Когда я взяла ее в руки впервые, она вызвала во мне столько же отторжения, сколько и восторга. Колода почти обожгла мне руки. Она показалась холодной, безучастной, невыразительной, несмотря на обилие красок и золота. Образы выглядели плоско и искусственно. В какой-то момент мне показалось, что колода эта абсолютно декоративна и коллекционна, пуста, лишена смысла и объема, и наш современник – художник Атанассов – не справился с трудной задачей создания Таро по картинам величайшего художника Климта.

В то время я еще любила золото, как любая цыганка, которая не держит свое добро в банке, а носит его на себе. Но изображения карт чудовищно противоречили в моем восприятии золотому теплу декора. Время от времени я брала ее в руки и откладывала – она вызывала легкую дурноту то ли избытком золота, то ли торжеством анорексичной плоти климтовских картин.

И когда я увидела почти всеобщее преклонение перед этой колодой и красотой изображенных в ней женщин, то была удивлена и обескуражена.

Женщины с наклонностями феминисток оргиастически трепетали, взяв в руки эти карты. И неудивительно: Климт писал свои картины в то время, когда движение за равенство полов было в разгаре и набирало силу. Хотя всего несколько его картин были посвящены femme fatale, остальные же изображали женщин мужскими игрушками, часто полуспящими и изможденными мужской страстью, нередко крайне соблазнительными, яркими и неосмысленными королевами мужского либидо.

Одно было ясно почти сразу – эта колода Таро могла бы быть названа «царством женщин».

Как только ни пыталась понять я эти карты: с помощью и Уэйта, и Марселя, и разных оракулов, через призму концепций психоанализа Фрейда, архетипов Юнга, сновидений Менегетти.