Украина и Речь Посполитая в первой половине XVII в.

Предварительно оговорим, что в данной работе пары терминов Украина и Малороссия, украинцы и малороссы (народ руський) будут считаться синонимами: эти пары терминов в работах историков разного времени и ориентации, по сути, обозначают одну территорию или одно и тоже население, соответственно.

Отечественная историография, посвященная вопросу Освободительной войны украинского народа 1648–1654 гг., а тем более периоду, ей предшествующему, не слишком обширна, хотя каждый историк, писавший фундаментальную работу по истории XVII в.

, или учебное пособие, охватывающее тот же период, волей-неволей касался этой, на самом деле крайне щекотливой и, я бы сказал, деликатной темы. Отечественная историческая наука, по большому счету, берет свое начало в 10–20-е гг. XIX в. Обычно ее становление связывают с именем Карамзина. К этому времени, как казалось, был благополучно разрешен не только «Украинский вопрос», но и «вопрос Польский», и не только восточнославянские народы, но и, по большей части, самый мощный из западнославянских народов, еще недавно имевший собственное государство, границы которого еще сто лет назад простирались «от можа до можа», соединились под сенью двуглавого орла Российской империи. Империя казалась незыблемой, успехи ее внешней политики последних двухсот лет – очевидными. В то же время история Речи Посполитой, некогда объединявшей несколько больших и не очень больших народов (собственно поляков, малороссов, белорусов, литовцев, латышей, частично даже эстонцев, восточно-прусских немцев (последних, правда, на правах полузависимого герцогства)), потеряла актуальность и, по словам поэта, «давнишний спор славян между собою» был окончательно разрешен в пользу Российской империи, создателем которой был великорусский народ и его правящая элита. История перехода Малороссии из Речи Посполитой в состав Московского государства служила живым примером для подтверждения могущества этого государства, проистекающего из правильного его устройства как централизованной монархии, в отличие от аристократической, анархической польской республики, имевшей только внешние атрибуты монархии, но, по существу, таковой не являвшейся. Кроме того, историческая наука в то время ставила перед собой задачу реконструкции подлинных событий, не вдаваясь слишком усердно в попытки анализа, так сказать, всего многообразия факторов, действовавших в конкретное время и приведших к тому результату, который виден на поверхности и для всех очевиден.