Супружественная любовь. Трактат

А между теми озёрами жили ужасающего вида псы: некоторые из них трёхглавые, как Церберы, некоторые же двуглавые, – все они грозно рычали, клацали острыми зубами и свирепыми глазами провожали нас, когда мы проходили мимо них. Путешествуя в этой Западной стороне, мы видели драконов и леопардов или рысей, которые описываются в Апокалипсисе (Отк. 12:3, 13:2). Попутно Ангел поведал мне, что все те звери, виденные мною, вовсе и не звери, а символические Соответствия: «Звери эти, – объяснял Ангел, – представляют собой похоти, в которых пребывают жители, посещённых нами мест: сами похоти представляются через страшных псов; коварства же и хитрости – через крокодилов; лжи и злые наклонности к предметам, касающимся до Богочествования, означаются через драконов и леопардов или рысей.

Однако же, представляемые жители обитают не тут поблизости за лесом, а далеко-далеко, за великою пустынею, которая служит надёжной преградой и разделяющим препятствием, ограждающим их от прочих жителей всех веков предыдущих, ибо эти жители вовсе не похожи на тех. И хотя имеют они и головы на плечах, и груди на чреслах, и чресла на ногах, как и прежние первобытные человеки, – но нет в головах их нисколько золота, ни в грудях серебра, ни в чреслах меди, и даже в ногах нисколько железа. А вместо того в головах их находится железо, смешанное с глиною; в грудях – и то и другое, смешанное с медью; в чреслах – железо да глина, смешанные с серебром; а в ногах – железо с глиною, смешанные с золотом. Через такой переворот они изменились из человеков в изваяния человеческие, внутри которых ничто не соединяется; ибо, что было верхним, то сделалось нижним, – следовательно, что было головою, то сделалось пятою, и напротив. Они нам из Неба кажутся комедиантами или шутами, которые, перевернув тело своё, на локтях лежат и ходят; или чудовищными зверями, которые перевернувшись лежат на спинах, ноги поднимают кверху, а из головы, которую врывают в землю, смотрят на небо». Благополучно миновав опасный лес, мы вошли в пустыню, которая оказалась не менее ужасной и опасной, поскольку там, в грудах раскалённых на солнце камней, повсюду зловеще зияли щели и ямы, из которых вдруг выползали хищные гидры и ехидны да нападали ядовитые змеи жалящие (presteres). Вся эта пустыня имела непрерывное склонение вниз; по поверхности того склона мало-помалу мы сошли в долину (vallem), населённую жителями той самой страны и того времени или века, о которых мне по дороге рассказывал Ангел.