Супружественная любовь. Трактат

Ангел, со вниманием выслушав это, с любезностью попросил хотя бы несколько уведомить нас о Супружествах в Небе их. Тогда сказал Муж: «Есть Соответствие между Супружеством Духовным, которое есть сочетание Истины с Благом, и между Супружеством Естественным, которое есть сочетание мужа с одною женою. И поскольку мы углублялись в изучение Соответствий, то видели, что Церковь с её истинами и благами никак не может быть у иных, кроме тех только, которые живут каждый с одною женою своею в Любви истинно Супружественной.

Ибо Сочетание Блага и Истины есть Церковь у человека, посему все мы, здесь пребывающие, подлинно знаем и вам говорим, что Муж есть Истина, а Жена – его Благо; и что Благо не может любить иной Истины, кроме своей, – также и Истина не может любить иного Блага, кроме своего. А если бы было иначе, то погибло бы Супружество внутреннее, составляющее Церковь, и осталось бы Супружество только внешнее, которому соответствует идолочествование, а не Церковь, – и потому Супружество с одною женою мы называем Святынею; если же оно было бы у нас со многими, то называлось бы это святотатством». После этой беседы нас пригласили в просторную и светлую залу, предварявшую спальню; там в причудливых рамах мы увидели на стенах многие технические чертежи, эскизы и рисунки, некоторые из них изображали миниатюрные изваяния из серебра. Когда мы спросили о значении всех оных, то премудрствующий Муж оживился и с увлечением и нескрываемым удовольствием нам рассказал, что таковые вещи в изображениях и формах своих представляют и символизируют многие и разные характерные качества, отношения и благости Любви истинно Супружественной. А затем, указывая на разные чертежи и рисунки, пояснял нам так: «…Эти представляют единодушие или Единство Душ, эти – Соединение Мыслей, эти – Согласие Сердец, а вот эти представляют Увеселения и Благости, оттуда происходящие». Далее нашему вниманию была представлена изображённая панорамой на стене лучистая радуга, состоящая из трёх цветов: пурпурового, гиацинтового и белого. Однако, простенький вначале «триколор» затем причудливо смешивался, и тогда цвет пурпуровый переходил через гиацинтовый и цвет белый делал синим, – и далее этот цвет, проходя через гиацинтовый, приобретал отлив пурпуровый, а потом ярко вспыхивал в пламенном сиянии.