Зодчие, конунги, понтифики в средневековой Европе

 Прицака в целом, следует отнести его гипотезу о бегстве хазарского кагана от бека, который принял иудаизм, – беглец и стал основателем «Русского каганата» (см.: Голден П. Достижения и перспективы хазарских исследований // Хазары. Евреи и славяне. Иерусалим; М., 2005. Т. 16. С. 46). См. также историографический обзор гипотез о «Русском каганате» (Duczko W. Viking Rus. Studies on the Presence of Scandinavians in Eastern Europe. Leiden; Boston, 2004. P. 15–59), в том числе гипотезу самого В. Дучко о геополитической включенности вассального «Русского каганата» начала IX в.

не только в хазарскую систему контроля над Волго-Окским междуречьем, но и – шире – в систему Византийского содружества наций (ср. также: Golden P.B. The Question of the Rus’ Qaghanate // Archivum Eurasiae Medii Aevi. 1982. Vol. II. P. 93–97).]. Признававший скандинавское происхождение имени «русь» А.А. Шахматов размещал «ведшую торговлю разбойничью колонию» этой руси в самостоятельном каганате где-то на северном «острове русов» из восточных источников и предполагал, что «русский каган» сам отправил посольство к грекам и франкам в поисках союзников против хазар – соперников руси в Восточной Европе: интриги хазар привели к аресту посольства[81 - Шахматов А. А. Древнейшие судьбы русского племени // Он же. Рус. диалектология: лекции. СПб., 2010. С. 253–256 (1-е изд. Пг., 1919).].

В советской историографии столицей русского каганата, естественно, должен был быть Киев с окрестной «Русской землей» в узком смысле[82 - См.: Шаскольский И.

П. Известие Бертинских анналов в свете данных современной науки // Летописи и хроники. 1980. В.Н. Татищев и изучение рус. летописания: сб. ст. М., 1981. С. 43–55.]. Правда, А.Н. Насонов, реконструировавший Русскую землю в Среднем Поднепровье по данным русских летописей, заметил, что этот «домен» киевского князя сформировался в границах тех племенных объединений (полян, северян и радимичей), с которых, по летописи, брали дань хазары[83 - См. переизд.: Насонов А.Н. «Русская земля» и образование территории Древнерусского государства. М., 2002. С. 39–40 (1-е изд. 1951); ср.: Петрухин В.Я. Начало этнокультурной истории Руси IX–XI вв. М.; Смоленск, 1995. С. 85–102 и ниже в разделе о хазарской дани.]. Но главным для советской историографии оставалось представление о существовании в начале IX в. Русского государства, что само по себе должно было свидетельствовать о преодолении власти кочевой степи[84 - Шаскольский И.П. Указ. соч. С. 50; ср.: Седов В.В. Славяне.