Сила духа в действии

Мы сидели вместе, погруженные в экстатический транс в течение целого часа. Наконец, она вернулась в наш мир с веселым смешком.

– Ананда Мои Ма, – заговорил я, – пожалуйста, пройдемте со мной в сад. Мистер Райт сделает несколько снимков.

– Конечно, отец. Ваша воля – моя воля.

Ее прекрасные глаза, казалось, сохранили неизгладимый божественный свет, она позировала для множества фотографий.

Наступило время угощения! Ананда Мои Ма присела на одеяло, скрестив ноги; сбоку устроилась ученица, чтобы кормить ее.

Как ребенок, святая послушно глотала пищу, когда ученица подносила ее к губам. Было ясно, что Блаженная Мать даже не ощущает какой бы то ни было разницы между карри и сладостями.

Спустились сумерки, и святая уехала вместе со своей группой среди потока розовых лепестков, простирая с благословением руки к моим малышам. Их лица сияли любовью, которую она пробуждает без всяких усилий.

«И возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим, и всею душою твоею; и всем разумением твоим, и всею крепостию твоею» – провозгласил Иисус Христос, – «вот, первая заповедь!»

Отбросив прочь все личные привязанности, Ананда Мои Ма обратила свою единственную привязанность к Богу.

Не вдаваясь в тончайшие различия, установленные учеными, но, пользуясь безошибочной логикой верующего человека, святая ребенок разрешила единственную проблему человеческой жизни – установление единства с Божественным.

Человек забыл эту совершенную простоту, ныне затуманенную миллионом воздействий. Отказавшись от монотеистической любви к Божественному, народы украшают свое неверие пунктуальными обрядами перед внешним святилищем милосердия.

И такие гуманитарные жесты полезны, ибо они на какой-то миг отвлекают внимание человека от него самого, но они не освобождают его от единственной ответственности в жизни, о которой Иисус говорил, как о первой заповеди.

Возвышенное обязательство любви к Богу человек принимает на себя с первым глотком воздуха, которым его одаряет единственный Благодетель.

Мне случалось повидать Ананду Мои Ма еще раз после ее визита в Ранчи. Через несколько месяцев она стояла, окруженная учениками, на платформе серапурской станции, ожидая поезда.

– Отец, я отправляюсь в Гималаи, – сказала она.– Добрые люди построили для нас обитель в Дехра Дун.