Кавказская Швейцария – Чечня. XIX-XX век

После каждой выварки на дне котла получается твердая соляная кора; по выгрузке остальной соли кору предварительно растворяют речной водою и только тогда начинают выварку вновь; мне говорили, что в больших котлах выварка не удается, так как получаемая на дне корка, не пропуская сквозь себя жидкости рассола, препятствует еще и теплопроводности, выпаривание на поверхности прекращается, а нижние части котлов, подверженные непосредственному действию огня, лопаются. Всем процессом добычи соли ведают исключительно женщины, с помощью подростков, большей частью девочек; жаль смотреть на этих бедных созданий, сгибающихся под непосильной тяжестью ведер, в которых они тащат рассол из колодца вверх по крутому подъему.

Женщины же собирают в лесу и вывозят на вьюках дрова, а за отсутствием четвероногих помощников таскают их и на своих спинах… какие изможденные, измученные лица у этих тружениц!… А одежда?… При всем внимании, мне кажется, что трудно было бы определить не только цвет, но даже и материал, из которого она изготовлена: до того сильно она покрыта грязью, копотью и всякими наслоениями. Между прочим, не лишним будет заметить, что добыча соли может считаться, да на самом деле и считается у туземцев довольно выгодным предприятием: пуд соли на месте продается по 12—15 коп.; а на плоскости – 35 коп.; в среднем же Нижне-Датыхский хутор вырабатывает в сутки не менее 150 пудов при всей примитивности способов. Сбыт соли преимущественно меновой, и за нею на место приезжают не только из ближних, но и дальних окрестностей. Вывоз на продажу к плоскости производится на вьюках, и этим делом занимается мужской элемент хутора. К слову сказать, датыхцы – ужасные лентяи и лежебоки: в то время как их несчастные жены, сестры и даже старухи-матери работают, не разгибая спины, сильная половина, собравшись в кучки на солнышке, разводит хабар (новости) и, как-то особенным образом поплевывая сквозь зубы, строгает палочки. Публика эта имеет особенно большую склонность к одной лишь работе – прибирать всякое чужое добро, раз владелец его хоть немного зазевался, к своим рукам; благодаря такой исключительной способности своих обитателей, изолированности местоположения и отсутствию хотя бы мало-мальски сносных дорог, Датых составил себе славу громкую, но печальную, затмевающую даже известность его соляного источника, – славу воровского притона, в котором скрывается в большей части краденый скот почти со всех концов области.