Литрбол как вид спорта. История одного алкоголика

В тот миг очередная звезда сорвалась с небосвода. – Успела загадать?

– Да! – радостно ответила я.

То желание мелькнуло в голове спонтанно. Абсолютно истинное и честное, оно представляло собой громкий крик моей души, которая точно знала, что именно необходимо мне для счастья. «Стать спортсменкой!» – повторила я уже вслух, взглянув на Антона. Он посмотрел мне в глаза, лукаво улыбнулся и молча протянул бутылку с пузырящимся желтоватым содержимым. «За исполнение желания полагается выпить», – серьезным тоном наставника произнес Антон.

«Шшшшш!» – доносилось из горлышка. Монотонное шипение складывалось в слова: «Выпьешшшшь и желание осущшшшествится!» – услышала я усыпляющий бдительность шепот. Я послушно сделала глоток, затем еще и еще. И даже не догадывалась о том, что в той бутылке с каждым глотком стремительно тонуло мое будущее, как упавшие звезды в ту июльскую ночь тонули и гасли в море.

Я доверяла этому человеку и прислушивалась к каждому его слову. Я росла без отца и никогда не знала мужского внимания, поэтому тот взрослый, серьезный мужчина так быстро стал для меня безоговорочным авторитетом.

Я гордилась нашей дружбой и нисколько не сомневалась в его мудрости и благоразумии. Не возникало никаких сомнений в том, что он живет правильно, именно так, как нужно.

Горький джин-тоник стал тогда для меня вкусом свободы и независимости, символом взрослой жизни. А этот человек – проводником в неизведанный пьяный мир, где все так легко и беззаботно, где из стеснительного и замкнутого подростка я, как по волшебству, превращалась в раскрепощенную и общительную девушку.

А море шумело и пенилось, разливаясь волнами у наших ног. Оно шептало о чем-то важном, пыталось отрезвить меня прохладными брызгами, будто предупреждая о грядущей опасности. Но мне было настолько хорошо под покровом ночи, под градом звезд, что не хотелось ни о чем думать, только наслаждаться первыми моментами хмельного счастья, которое казалось таким настоящим.

Я всегда знала, что мой путь связан со спортом, что именно в нем я обретаю настоящую уверенность и радость, но в какой-то момент, под воздействием алкогольной внешней среды и под руководством чуткого «тренера», я свернула не туда, заменив истинное ложным, а настоящее – фальшивым. Однажды я выпила больше, чем обычно, а потом еще больше и еще. Почувствовав состояние пьяной эйфории, мне хотелось испытывать его снова и снова.