Шамиль – имам Чечни и Дагестана. Часть 1

Имев к тому же случай и лично убедиться в точной преданности Иман-Али-Бодаш-оглы, я посылал его нарочно в Шубутское общество для достоверных узнаний о намерении возмутителя Шамиля. После 12-ти дневного отсутствия Иман-Али, следуя чрез селения Чиркей, Аух, Сандах, Гильдерген, Боянь, Дарги, Болгот, Арслан-Али, Ведень и Агач-Бетли, узнав обо всем довольно обстоятельно, возвратился и рассказал мне следующее.

1. В настоящее время Шамиль находится в Шубутском обществе в небольшой деревне, называемой Борзи, расположенный на холме, расстоянием от последней ичкеринской деревни Агач-Бетли два часа ходьбы.

Шамиль, надеясь на содействие ему чеченцев, которые вообще теперь имеют с ним тайные сношения, не исключая даже и мирных деревень, намеревается с открытием весны начать враждебные действия. Причины, заставляющие их содействовать во всем Шамилю, будто бы заключаются в том, что начальник крепости Грозной не только угнетает их, но даже ограбляет, беря не только из каждых десяти дворов по одному рублю, но даже взамен податей требовал и женские платья.

2. Андийцы, как равно и гумбетовцы, имея также тайные сношения с Шамилем, обещали тоже быть его соучастниками в предполагаемых им действиях. В бытность свою там Иман-Али видел и двух почетных жителей из с. Мехельты, шедших от Шамиля,

3. Чиркейцы будто бы также втайне сносятся с Шамилем, чрез абрека Юнуса, с давнего времени при нем находящегося и которого, как утверждает Иман-Али, чиркейцы принимают к себе довольно часто.

4. Известный абрек из с. Хунзах Ахверды-Магома сделан Шамилем кадием у боголяльцев и живет в с.

Коштгель. Абрек этот, имея в виду пользу Шамилю, сносится с каратлинцами и на днях с небольшою партиею конных из джамаляльцев отправился к нему, Шамилю, неизвестно для какой причины.

5. Ташов-Хаджи, оставив с. Соясан, живет в урочище Зефругай, расстоянием от первого полчаса езды. В сем урочище он построил укрепление и с имеющими у себя до 40 человек абреков грабит без различия всех проезжающих.

6. Ичкеринцы хотя и не имеют намерения восстать против русских, но боятся в сем случае Шамиля, который может заставить их силою присоединиться к его партии.

7. Кибит-Магома тилитлинский прекратил всякие сношения с Шамилем и распустил слух между обществами карахцев и андаляльцев, что он от русского начальства назначен будет их приставом.

Обо всем семь долгом поставляю в. пр. иметь честь поспешнее донести.

Рапорт полковника Широкого генерал-майору Коцебу 2 от 4 июля 1840 г. №641.

Стр.