Империя и воля. Догнать самих себя

В данном случае Янов довел тезис либералов до последней крайности – он «вчитал» в русскую историю тягу нашей элиты к парламентаризму и конституционной монархии аж за 80 лет до «славной революции» в Англии и принятия «Билля о правах». «Славная революция» была осуществлена англичанами именно через приглашение иностранного монарха – Вильгельма III Оранского, который впоследствии стал правителем одновременно двух республик: Английской и Голландской – двух «неблагодарных республик торговцев селедкой», как насмешливо называл их король Людовик XIV.

24

С точки зрения доивановской старины, «жалованная вотчина» – оксюморон, попытка скрестить сами принципы поместья и вотчины, дворянства и боярства, вывести некий гибрид национальной аристократии.

25

Фурсов А. И. “Биг Чарли”, или о Марксе и марксизме: эпоха, идеология, теория (К 180-летию со дня рождения К. Маркса) – Русский исторический журнал. – М., 1998. – Т. I, № 2.

26

Иванов В. Родное и вселенское.

 – М., 1994. – С. 134.

27

Данный подход к истории описан мной в концепции динамического консерватизма как модели развития социальной системы в сложных нестабильных условиях среды (Аверьянов В. В. Традиция и динамический консерватизм. М. 2012. С. 648–662).

28

Нефедов С. А. Демографически-структурный анализ социально-экономической истории России. Конец XV – начало XX века. Екатеринбург, 2005.

29

См. критику современных неомультузианцев в контексте объяснения причин русских революций в книге: Миронов Б.

Н. Страсти по революции: Нравы в российской историографии в век информации. М. 2014.

30

В этом смысле события 1905 года как будто подтверждали пророчества Герцена и Чернышевского, которые видели в общине естественную ячейку будущей освобожденной от самодержавия республики.

31

Что касается доли нерусского населения, то на диаграмме хорошо видно, что она становится значительной лишь в XIX веке.

Причем накануне XX века рост этой доли по отношению к доле русского населения в основном связан с присоединением новых территорий к империи. Во второй половине XX – он связан уже с угнетенностью демографической динамики русских на фоне расширенного воспроизводства в Средней Азии, на Кавказе, в некоторых других регионах СССР. По мнению В. А. Башлачева, эта же тенденция донорства по отношению к геополитическим «окраинам» проявляется и сегодня.