Искусство быть португальцем

За исключением равнин Алентежу, однообразных, как будто укутанных ночью исполинских и древних мавританских снов, и обнаженных долин Траз-уш-Монтеша в их иудейской желтой и бесплодной враждебности, португальский пейзаж[45 - Много было написано в прозе и в стихах о пейзаже Коимбры. Вся меланхолическая плавность растворяется в мягких тонах, которые сочетаются с нежным неподвижным и задумчивым видом, и привносит в наш гений нерешительный рассвет, утреннюю печаль полутеней, взволнованные слёзы наших первых элегий.

Но регион между Доуру и Миньу определяется мягким или драматическим сочетанием своих контрастов. Далее мы ещё увидим, как они совпадают с контрастами народной души.] почти везде походит на пейзаж, окружающий Тамегу.

Между Доуру и Миньу – это сердце Португалии, связанное брачными узами с врождённым чувством Нации.

Отражение пейзажа в человеке деятельно и постоянно. Ландшафт не представляет собой неодушевлённую вещь, он обладает душой, которая воздействует с любовью или болью на наши мысли или чувства, изменяя их, и какой бы ни была его собственная сущность, его смутное и неясное качество, он обретает в нас нравственное и сознательное действие.

Поэтому ландшафт играет огромную роль в нашем существовании: он имеет над нами такую же власть, как наследственность, силу, равную силе духа наших предков.

Без изучения его нравственного влияния на человека, я уверен, познание человеческой души будет неполным, останется в тени природа и происхождение некоторых чувств и инстинктов[46 - В мучительном пейзаже Траз-уш-Монтеш больше криминальных смертей, чем в весёлом и счастливом пейзаже Миньу.

Там убивающий нож превращается в палку, шумящую ветку дерева. Инструмент преступления становится растительным, а толчок или удар палкой, можно сказать, языческим преступлением нанесения телесного оскорбления.] (красоты и преступления, например, в их пантеистических формах), определённых изменений, от которых мы страдаем, некоторых черт, которые мы приобретаем, и т. п.

Кровь

Мы используем это слово для обозначения Наследия.

Красные кровяные тельца несут внутри себя древние возможности, которые заново возникают и определяют характер индивидов и Народов.

В крови кричат старые трагедии, тихо звучат старые мечты, старые диалоги с Богом и с землёй, надежды, разочарования, ужасы, подвиги, которые рисуют живыми красками черты и движения наших душ.

Кровь – это память, в которой живут призраки, владеющие нами и управляющие нами.