История британской социальной антропологии

 Лэреси[85 - Laracy H.M. Malinowski at War, 1914–1918 // Mankind. 1976. V. 10. // 1], Б. Шреднявой[86 - Sredniawa B. The Anthropologist as Young Physicist: Bronislaw Malinowski’s // Apprenticeship // Isis. 1981. V. 72.], А. К. Палуха[87 - Paluch A.R. The Polish Background of Malinowski’s Work // Man. 1981. V. 16.], Р. Фёрса[88 - Firth R. Bronislaw Malinowski // Totems and Teachers: Perspectives on the History of Anthropology. Ed. by S. Silverman. N.Y., 1981.], И. Стренски[89 - Strenski I.

Malinowski: Second Positivism, Second Romanticism // Man. 1982. V. 17.], М. У. Юнга[90 - Young M.W. The Intensive Study of a Restricted Area: Or, why did Malinowski Go to Trobriand Islands? // Oceania. 1984. V. 55; Idem. The Ethnographer as Hero: The Imponderabilia of Malinowski’s Everyday Life in Mailu // Canberra Anthropology. 1987. V. 10 (2).], Х. Вейн-Малиновской[91 - Wayne Malinowska H. Bronislaw Malinowski: The Influence of Various Women on his Life and Work // American Ethnologist. 1985. V. 12.], Ф. Гросса[92 - Gross F. Young Malinowski and his Later years // American Ethnologist. 1986. V. 13.] и др. Показательно то, что творчеству Малиновского было посвящено несколько сборников статей, в одном из которых – «Человек и культура. Оценка деятельности Бронислава Малиновского»[93 - Man and Culture. An Evaluation of the Work of Bronislaw Malinowski. Ed. by R. Firth. L., 1957.] – приняли участие многие влиятельные антропологи того времени – Р.  Фёрс, О. Ричардс, Р. Пиддингтон, Т. Парсонс, Ф. Каберри, Э. Лич, И. Шапера, М. Фортес, З. Надель, Л. Мейр, Й. Хогбин и др. Сборник стал «площадкой», на которой столкнулись в полемике представители двух ведущих теоретических направлений, и это оказало влияние на восприятие истории британской социальной антропологии, как бы заново «открыв» Малиновского. Еще одно его «открытие» произошло в конце 80-х годов, оно было связано со своеобразным его «возвращением» в Польшу. На протяжении своей более чем 30-летней карьеры в Англии и США Малиновский никогда не афишировал свою «польскость», нередко откровенно представляя себя космополитом и утверждая, что это единственно приемлемая позиция для ученого-антрополога. Польская этнология все это время развивалась преимущественно в краеведческом русле, кардинально отличаясь от того, за что ратовал Малиновский. Этот разрыв был преодолен в 1985 г.