Крест против Коловрата – тысячелетняя война

Но основные коннотации дате как точке отсчета «новой эры» дал Карамзин («История государства Российского», т. 1, гл. IX). «Сей Князь, названный церковию Равноапостольным, заслужил и в истории имя Великого. Истинное ли уверение в святыне Христианства или, как повествует знаменитый арабский историк XIII века, одно честолюбие и желание быть в родственном союзе с Государями Византийскими решило его креститься? Известно Богу, а не людям. Довольно, что Владимир, приняв Веру Спасителя, освятился Ею в сердце своем и стал иным человеком.

Быв в язычестве мстителем свирепым, гнусным сластолюбцем, воином кровожадным и – что всего ужаснее – братоубийцею, Владимир, наставленный в человеколюбивых правилах Христианства, боялся уже проливать кровь самых злодеев и врагов отечества. Главное право его на вечную славу и благодарность потомства состоит, конечно, в том, что он поставил россиян на путь истинной Веры; но имя Великого принадлежит ему и за дела государственные. Сей Князь, похитив Единовластие (выделение мое. – М. С.), благоразумным и счастливым для народа правлением загладил вину свою; выслав мятежных варягов из России, употребил лучших из них в ее пользу; смирил бунты своих данников, отражал набеги хищных соседей, победил сильного Мечислава и славный храбростию народ Ятвяжский; расширил пределы Государства на Западе; мужеством дружины своей утвердил венец на слабой главе Восточных Императоров; старался просветить Россию: населил пустыни, основал новые города (??? – М. С.); любил советоваться с мудрыми боярами о полезных уставах земских; завел училища и призывал из Греции не только иереев, но и художников; наконец, был нежным отцом народа бедного». Владимир Ильич Ленин практически! Весь вопрос в том – что есть «хорошо»? Для придворного «соловья», всю свою жизнь и за совесть и за страх доказывавшего, что юношеское «вольнодумство» было случайностью («бес попутал»), единовластие и единомыслие, ставшие основой для имперской «вертикали власти», были, естественно, единственным источником ЩАСТЬЯ народного. В XX веке Альбер Камю заметил: «Там, где религия пересекается с политикой, начинается инквизиция». На Руси она переплетена с политикой теснее некуда. Насколько тугие узлы этого сплетения, мы можем видеть и сегодня.