Сальватор. Книга II

Тогда он взял лампу и осветил пол. Затем, поставив ее назад на стол, сказал, замахиваясь на пленника своим огромным кулаком:

– Должен признать, что вы порядочный негодяй!

Туссен Лувертюр бросился вперед и схватил плотника за запястья рук.

– Ага! – сказал он. – Я ведь вас предупреждал, что вино на него плохо действует… Вы мне не поверили! А теперь выпутывайтесь, как можете.

Глава XL

В которой у Жана Торо и Туссена Лувертюра появляется возможность сколотить состояние, но они ею не воспользуются

Господин де Вальженез уже приготовился обороняться: взяв по бутылке в каждую руку, он выжидал момента, когда Жан Торо приблизится к нему настолько, что он сможет разбить эти бутылки об его голову.

Жан Торо нагнулся, схватил табурет за ножку и сделал шаг в направлении господина де Вальженеза.

– Да что он такого сделал? – спросил Туссен.

– А ты взгляни под стол, – сказал Жан Торо.

Туссен взял лампу и посмотрел.

– Ай! – сказал он, увидев потемневший от белого вина кирпич, – это кровь?!

– Кровь? – сказал Жан Торо.

 – Если бы это была кровь, то было бы не так обидно: поешь хлеба, и кровь восстановится. Но вино-то делается только из винограда! А в этом году все виноградники побило заморозками!

– Как? Он вылил на пол вино? – вскричал возмущенной Туссен.

– Вот именно!

– Ну, в таком случае он, как ты сказал, – негодяй! Врежь ему!

– Я только и ждал твоего разрешения, Туссен, – сказал Жан Торо, вытирая рукавом вспотевший от гнева лоб.

– Слушайте, если вы приблизитесь ко мне еще на шаг, я размозжу вам голову, – сказал Вальженез.

– Ах, вам недостаточно того, что вы проливаете вино! Вы еще хотите разбить бутылки? – сказал Жан Торо. – Ведь вы собираетесь разбить бутылки, а не мою голову, я вас предупреждаю!

– Ну, врежь же ему, Жан! – крикнул Туссен. – Ну чего ты ждешь?

– Я одумался, – сказал Жан Торо. – И надеюсь, что господин граф тоже одумается.

А затем добавил совершенно спокойным тоном:

– Не так ли, мсье де Вальженез? Вы ведь оставите в покое бутылки, а?

Господин де Вальженез нахмурил брови.

В душе его шла страшная борьба между гордостью и разумом.

– Ну, – спросил Жан Торо, – оставим бутылки в покое? Или не оставим?

– О, Жан, – завопил Туссен, – я тебя не узнаю!

– Поставьте бутылки на место! Ну! – продолжал Жан Торо. – Раз, два… Берегитесь, на счет три я ударю вас по башке!

Лоредан опустил руки и аккуратно поставил бутылки на полку камина.

– Вот так-то! А теперь давайте сядем на место.