Хроники перевернутых миров. Излом души. Книга первая

Итак, вопрос-ответ – по просьбе читателей и тех, кому моя персона небезразлична:

Как давно Вы занимаетесь бодибилдингом и почему?

Думаю, я не успел раскрыть свой потенциал настолько, чтобы относить себя к этому сложнейшему ответвлению спорта, где на пьедестал ставится гармоничное развитие мускулатуры, подобно античным скульптурам. Мне ближе осознание себя как приверженца универсального подразделения бодибилдинга – фитнесса. В принципе, слово «фитнесс», как и «бизнес», особо не переводится, неся в себе фундаментальное понятие успешного, всесторонне развитого индивида – как в деловых, социальных, так и в спортивных аспектах жизни.

Из-за того, что с рождения я испытывал критические проблемы со здоровьем, придя в мир с тройным сердечным пороком, я ощущаю себя «геймером» (игроком), проходящим игры на хардкорных сложностях. Я благодарен родителям за их любовь, за их борьбу, за всё тепло, что они дарят мне. С раннего детства я переживал нескончаемую немощь и боль, мой дух метался, словно запертый в теле, что постоянно обследовали, что находилось в клиниках на постоянном лечении, капельницах, таблетках, и был вынужден слушать неутешительные прогнозы врачей, которые другого бы низвергли в бездну отчаяния; но только не меня и не моих родителей. Мама с детства говорила, что я гений и стану величайшим человеком, что я – как былинный герой Илья Муромец. А я и не представлял, насколько она окажется права. Не имея возможности быть физически активным, постоянно хворая, я обучался на дому, неимоверно много читал, и учителя хотели, чтобы я ездил на олимпиады, но я избегал больших скоплений народа. Мне повезло: мои преподаватели были моими друзьями. Среди сверстников я не мог найти друзей, они мыслили и жили иными категориями и восприятием сущего, нежели я. Скорее, это они были ограничены и теряли больше, чем я. Помню, как я мечтал стать культуристом, грезя пьедесталом «Олимпии», где лучшие культуристы планеты сражаются за звание первого и автоматическое попадание в летопись истории спорта, подобно моему кумиру Арнольду. Поворотным моментом в моей жизни был очередной консилиум врачей, которые мне, подростку, сказали, что мне осталось жить меньше месяца. В тот момент у меня всё оборвалось. Я успел привыкнуть выслушивать подобное на обследованиях и УЗИ, слышать вздохи сожаления (хуже и не придумаешь), как же это я живу с таким сердцем. Но сейчас это прозвучало как приговор. В этот раз это говорили не моей маме, а говорили мне лично.