Крещение Руси: мифы и реальность

1923 в захваченном у православной Церкви храме Христа Спасителя в Москве открылось обновленческое собрание, названное «Поместным Собором»… В лжесоборе участвовало 476 делегатов, которые разбились на партии: 200 живоцерковников, 116 депутатов Союза общин древнеапостольской Церкви (СОДАЦ), 10 – из «Церкви возрождения», остальные – беспартийные обновленцы и депутаты, называемые «умеренными тихоновцами», – православные по убеждениям епископы, клирики и миряне, малодушно подчинившиеся обновленческому ВЦУ»[59 - Православная Энциклопедия.

Том РПЦ. Церковно-научный центр «Православная Энциклопедия». Москва, 2000 г. С. 139–141.].

При этом большинство обновленцев были вовсе не самозванцами, а отколовшимися от Православной Церкви клириками. Так, например, организаторы обновленческого движения А. Введенский, А. Боярский, Е. Беляков были петроградскими священниками (вошедшими в сговор с ГПУ) И хотя впоследствии многие представителя обновленческого духовенства покаялись и воссоединились с Православной Церковью (даже сам Введенский в конце жизни искал повода вернуться в Церковь), все же, сам по себе этот раскол является ярким катализатором духовной остановки того времени.

Между тем, обновленческий раскол был не единственой попыткой раскола в это смутное время. Так, например, в конце 1925 года 10 архиереев образовали (при поддержке ОГПУ) Временный высший церковный совет (ВВЦС) под председательством архиеп. Григория (это был так называемый Григорианский раскол в РПЦ) Что же касается переписи 1937 года, в которую был включен вопрос о вероисповедании, то по этому поводу можно сказать следующее: не является секретом тот факт, что после глобальных социальных потрясений и войн в разные эпохи, у разных народов наблюдается вполне прогнозируемый всплеск религиозности.

Нет ничего удивительного в том, что многие из тех, кто пережил первую мировую войну, революцию, ужасы гражданской войны, репрессии, разруху и голод, либо обратились к Богу либо вернулись к вере после многих лет богоборчества и неверия. И действительно в этом нет ничего удивительного, т. к., с точки зрения христианства, смысл страданий именно в том и состоит, чтобы человек, забывающий Бога в своей повседневной, суетной жизни, вспомнил о Творце в трудную минуту.

Попуская страдания и беды, Бог как бы напоминает нам о суетном и преходящем характере нашего земного бытия.