Инспектор земных образов. Экспедиции и сновидения

Инспектор земных образов. Экспедиции и сновидения

Дмитрий Николаевич Замятин

В новой книге Дмитрия Замятина собраны эссе, посвященные пространствам памяти и воображения. Реальные ландшафты, воспоминания и путешествия, книги и картины, сновидения и экспедиции трансформированы в множественные «разбегающиеся» галактики, картографические атласы новых Terra incognita. Книга предназначена для всех любителей геопоэтики и мета-географии, эссе и интеллектуальной прозы, поэзии пространства.

Дмитрий Николаевич Замятин

Инспектор земных образов: экспедиции и сновидения.

Тексты и эссе

©Д. Н. Замятин, 2018

©Издательство «Алетейя» (СПб.), 2018

* * *

I

К ЛАНДШАФТУ (ИНВЕКТИВА)

Силуэты деревьев обнажили каркас мира. Казалось, можно двигаться только в одном направлении, растекаясь далее по всем. Фонари затеняли смысл пространства, упираясь в темноту. Вернуться можно было, оставив позади линию, перспективу, цвет. Снежинки времени означили ландшафты – ландшафты, где нет места рельефу, отекающему в припадке.

Эссе о пространстве

Трактат о понимании

I

Пространство – ничто, которое чтойствует странствиями. Пространство – неместо места. Пространство – невидимое мещанство неба. И с этим ничего не поделаешь.

На доске смыслов порхают черные значки распятых червячков отчаяния. Но пространство – блаженство движения, по-женски уклончивого, незаметного, несовершённого в своём завершении. Оно наивно окоёмом самого себя.

Распахнутость постоянных зачёркиваний, очерчивание непонятных, непонятых подробностей, затушёванность бывшей чёткости пейзажа, жалостных урочищ телесных танцев, ходьбы бытия хотя бы.

На лодке краснеющих печатей барочного заката, захода пламенеющих отчёркиваний, нежданных отточий пространство землисто, землянично-пахуче почивает – теплеющее, тёплое, сочащееся подсосновым песчаником.

Как бы то ни было, стоит украсть цукаты панорамного воздуха, ахинею разбрызганных горизонтов. Хиной мхов, муравейников уходишь от оторопи – приподнятой, лихорадочной – сущего, в займища шелеста, бересты лести.

Пространство – дисграфия пляшущего дождевого шума.

Зноем плывёшь – новый Ной, спасая отблеск почти утонувшей мысли, свежести балансирующим образом жестикулируя, спасаясь, укрываясь. Дай знать: есть ли знать равнин или плато, вне жары жестяной, шерстяной и рыжей? Всякое место есть своё собственное отсутствие, напутствие, простирание в белизну и тризну.