Бьянка. Пять дней сентября

Вам я продам её, ведь вы пожертвовали оперой, чтобы приехать за ней…

– Барт, если вы держали свою «БМВ» в Ленинграде, тогда она вернётся на Невский.

– Да, Иван, последние два года мы держали её там. На ночь приходилось ставить перед консульством.

– Значит, вашей машине лет семь?

– Да. А пробег пятьдесят тысяч.

Итак, мы уселись за блины. Барт был коммунистом. Компартия Нидерландов то крепла, то распадалась, временами её запрещали, а за членство в ней сажали. Узнав, что мой отец был делегатом съезда КПСС, хозяева стали считать меня наполовину родственником.

Затем мы с Бартом осмотрели машину. Она была в идеальном состоянии. На лобовом стекле красовалась небольшая наклейка с изображением Медного всадника и надписью «Leningrad».

Втроём мы проехались на «БМВ» по старинному городу. Барт насвистывал и напевал арии из «Нормы»:

«Рассейтесь все, о, друиды, по холмам лесистым,

и ждите появления луны на небе чистом.

Пусть первую улыбку божественного лика

удары в щит священный нам тотчас возвестят,

удары в щит священный нам тотчас возвестят…»

Мы с Анной вторили ему:

«Бог грозный!

Вдохнови её, дай смыть пятно позора:

о, Ирминсуль, вдохни в неё ты гнев и жажду мщенья,

о, пусть твои веленья мир жалкий прекратят…»

– Больше чувства! –  кричал нам Барт. – Ведь Беллини пометил: «петь с диким фанатизмом…»

Чтобы сделать приятное новым друзьям, я вспомнил анекдот о том, как в Наймегене хозяин постоялого двора взял с царя Петра сто золотых флоринов за ночлег и ужин.

– За яйца всмятку, сыр, масло и две бутылки вина, – засмеялись Барт с Анной. – Здесь это популярно. Конечно, мы ревнуем к славе Заандама, но у Наймегена есть свои козыри…

III.

Перед отъездом я позвонил Дирку.

– Патрона нет. Я Марио, директор гаража, – услышал я на другом конце провода.

– Я Иван. Хочу узнать, когда пригнать «Дедру».

– Патрон сказал – как вернётесь. Он будет утром в десять. Пригоните утром…

Марио положил трубку.

У меня была хорошая машина и свободное время. Я попрощался с Бертом и Анной и пустился в обратный путь. Заправив бак, я поехал в Девентер, затем в Гронинген и вернулся в Амстердам за полночь, въехав в город с юга. Покрутившись на пустынных улицах, я выскочил на Музейную площадь, где силы покинули меня.