Прошлое в настоящем

Ум, пребывающий в состоянии медитации, видит – он наблюдает, вслушивается без слов, без объяснений, без оценок – он полон внимания к движению жизни во всех ее проявлениях в течение всего дня… Но когда ум наблюдает, прислушивается к движению жизни, внешней и внутренней, к нему приходит безмолвие, которое не является продуктом мысли (с. 19).

Медитация – это раскрытие нового, которое больше заученного прошлого; медитация – это прекращение повторений. Смерть старого, порожденная медитацией, есть безмолвие нового.

Новое не находится в области мысли, а медитация – это безмолвие мысли.

Медитация не достижение, не захват видения, не возбуждение чувств. Она подобна реке, неукротимой, быстротекущей, заливающей берега. Это музыка без звуков, ее нельзя подчинить и как-то использовать. Она – безмолвие, в котором с самого начала перестал существовать наблюдающий (с. 24).

Тишина многообразна. Бывает тишина между двумя шумами, между двумя звуками и тишина, раскрывающаяся в интервале между двумя мыслями (с.

31).

Существует тишина ума, которой никогда не касался шум, мысль или мимолетный ветер переживаний…

Медитация ума, который совершенно безмолвен, – это благословение, которого всегда ищет человек. В этом безмолвии заключены все свойства тишины (с. 32).

Безмолвие и беспредельность приходят одновременно. Безмерность безмолвия – это безмерность ума, в котором нет центра (с. 4).

Мы уделили так много внимания описанию опыта мистического состояния сознания только для того, чтобы показать, что этот опыт может быть интерпретирован как прямое обращение к континуальным потокам.

Здесь особенно важно подчеркнуть такие особенности этого сознания, как его целостность – растворенность незащищенного эго в спонтанно текущих потоках; невыразимость потока в дискретных средствах языка, алогичность, нарушение привычных пространственно-временных представлений.

Можно думать, что мистический опыт – это просто такое состояние сознания, которое достигается, когда удается снять организующую роль логического сознания с его языковой дискретизацией, осмыслением в непротиворечивых построениях и упорядочиванием воспринимаемого в причинно-следственных и пространственно-временных категориях.

Выделение своего эго из целостного мира – это лишь одно из неизбежных следствий логического структурирования сознания.