Прошлое в настоящем

Лопатина) поступает в Московскую Духовную Академию. В 1911 г. защитил магистерскую диссертацию «О духовной истине» и принял сан священника. В 1912— 1917 гг. редактирует журнал «Богословский вестник», читает курс истории философии в Духовной Академии, в 1920—1927 гг. – лекции по теории перспективы во ВХУТЕМАСе. С 1919 г. центр тяжести научной мысли Флоренского перемещается в область физики и техники, где он делает ряд открытий и изобретений, имевших народнохозяйственное значение в государственном масштабе. В связи с планом ГОЭЛРО в 1920 г в числе других крупных ученых Флоренский был привлечен к научно-исследовательской деятельности в системе Главэлектро ВСНХ.

В 1924 г. Флоренский выпускает фундаментальный научный труд «Диэлектрики и их техническое применение». С 1927 г. редактирует «Техническую энциклопедию» (автор многих статей). В 1933 г. репрессирован. Посмертно реабилитирован (1956 г.)» (из статьи в Философской энциклопедии, 1970, т. 5, с. 377).От себя добавлю, что, поступив в 1931 г. во Всесоюзный электротехнический институт, я еще застал там П. А. Флоренского – он заведовал отделом электроматериаловедения, который помещался этажом выше той лаборатории, где мне довелось работать. Доклады П.А. Флоренского всегда были необычайно интересны и оригинальны, они неизменно привлекали большое число слушателей. Любопытна одна деталь – П.А. Флоренский привлек к экспериментальной работе многих представителей прежнего духовенства, но они все, в отличие от него, были только «рукомесленниками». Позднее, уже в совсем иных обстоятельствах мне пришлось встретиться с его братом – геологом, который производил неотразимое впечатление своей мягкостью и сердечностью. ] Столп и утверждение истины. Опыт православной феодицеи в двенадцати письмах [1914]. Ее автор поразительным образом совмещал знания математики и логики, с одной стороны, и православного богословия и философии, с другой стороны. Его книга написана задолго до появления теоремы Гёделя, но, видимо, какой-то гениальной интуицией он предвидел принципиальные трудности в построении достаточно богатых внутренне непротиворечивых систем. Может быть, и более того – он внутренне осознавал, говоря нашими словами, что истина – это считывание с континуальных потоков, и чем обширнее эта истина, тем труднее ее выражать в системе непротиворечивых построений дискретного языка.

Вот подборка высказываний о языке, на котором выразима религиозная Истина, из главы VII его книги:

…и знание Истины делается знанием об Истине.