Сальватор. Книга V

 – Пусть же Господь простит вас за то зло, которое вы натворили, и пусть отвратит он вас от совершения зла, которое, вы, возможно, задумали.

Мадемуазель де Вальженез невольно вздрогнула.

– Прощайте, Конрад, – сказала она, не решаясь взглянуть ему в глаза. – Желаю вам счастья, которого вы заслуживаете. И, что бы ни случилось, я никогда не забуду того, что за четверть часа общения с вами я вновь стала честной женщиной с добрым сердцем.

Сальватор поклонился мадемуазель де Вальженез и отправился, как мы уже сказали в начале главы, к Камилу де Розану.

– Мсье, – сказал он вошедшему в салон американцу. – Дома я нашел вашу визитную карточку и теперь пришел узнать, чем я обязан вашему посещению.

– Мсье, – ответил Камил, – ведь это вас зовут Конрад де Вальженез?

– Да, мсье.

– Вы, следовательно, доводитесь кузеном мадемуазель де Вальженез?

– Так оно и есть.

– Так вот, мсье, целью моего к вам визита было узнать от вас, поскольку вы, как я слышал, являетесь прямым наследником, каковы ваши планы относительно мадемуазель Сюзанны?

– Я охотно отвечу вам, мсье.

Но прежде всего позвольте узнать, по какому праву вы задаете мне этот вопрос. Разве вы являетесь представителем интересов моей кузины, ее доверенным или же ее советником? И относительно чего вы желаете меня спросить? О ее правах или же о моих чувствах к ней?

– И о том, и о другом.

– Значит, дорогой мсье, вы являетесь одновременно ее родственником и доверенным лицом?

– Ни тем, ни другим. Я был близким другом Лоредана и полагаю, что этого вполне достаточно для того, чтобы иметь право поинтересоваться дальнейшей судьбой его сестры, которая осталась круглой сиротой.

– Отлично, дорогой мсье… Вы, значит, были близким другом господина де Вальженеза. Но тогда почему же вы обращаетесь ко мне? Ведь я был его смертным врагом.

– Потому что у нее нет родных кроме вас.

– Так значит, вы обращаетесь к моему милосердию?

– Да, к вашему милосердию, если вам так нравится.

– В таком случае, мсье, почему вы разговариваете со мной в таком тоне? Почему вы так возбуждены, нервничаете и дрожите? Человек, который исполняет такую благородную обязанность, которую вы на себя взяли в настоящий момент, не должен так смущаться, как вы.

Доброе дело выполняется хладнокровно. Что с вами?

– Мсье, мы здесь не для того, чтобы обсуждать мой темперамент.

– Разумеется. Но мы здесь для того, чтобы обсудить интересы отсутствующего здесь лица. И поэтому мы должны говорить спокойно.