Россия против России. Гражданская война не закончилась

Даже нарком обороны Климент Ефремович Ворошилов еще в 1933 году в газете «Правда» выражал сомнение:

«Кстати сказать, приурочивание празднества годовщины РККА к 23 февраля носит довольно случайный и труднообъяснимый характер и не совпадает с историческими датами».

Когда переговоры с немцами о заключении мира прервались, командование кайзеровской армии объявило, что с 18 февраля 1918 года будет считать себя в состоянии войны с Россией. А в Москве между лидерами большевиков шли ожесточенные споры.

ЦК партии большевиков отказывался подписывать мир с немцами, многие требовали защищать революцию с оружием в руках. Но русской армии больше не существовало! Большевики обещали, что немедленно закончат войну, и солдаты, бросив фронт, отправились по домам.

Для обороны демаркационной линии, установленной после заключения перемирия с немцами, большевики развернули так называемую завесу, состоявшую из разрозненных отрядов. Северный, Западный и Южный участки завесы будут потом преобразованы в соответствующие фронты.

Отряды красногвардейцев, моряков-балтийцев и остатки старой армии действительно сопротивлялись наступавшим немцам под Псковом и Нарвой, но отстоять оба города не сумели.

23 февраля 1918 года начались бои в нескольких километрах от Пскова. 1-й и 2-й Красноармейские полки отступали, мужественно сопротивляясь. Город немцы взяли только 28 февраля.

Оборонять Нарву отправился Павел Ефимович Дыбенко, корабельный электрик и недавний руководитель моряков-балтийцев.

21 февраля Совнарком учредил Наркомат по морским делам, и Дыбенко стал первым советским военно-морским министром. Он возглавил 1-й Северный летучий отряд революционных моряков.

Военный руководитель Комитета обороны Петрограда бывший генерал Михаил Дмитриевич Бонч-Бруевич (брат управляющего делами Совнаркома) неодобрительно сказал Дыбенко:

– Ваши «братишки» не внушают мне доверия. Я против отправки моряков под Нарву.

Но поскольку нарком Дыбенко был о себе высокого мнения, то он проигнорировал мнение какого-то золотопогонника.

В те дни под Нарвой проявились все дурные качества Дыбенко: авантюризм, импульсивность, самоуверенность. Балтийцы захватили цистерну со спиртом, что добавило им уверенности в собственных силах. Дыбенко всегда был склонен к неумеренному употреблению горячительных напитков. На поле боя это пристрастие особенно опасно.