Сорок пять. Часть вторая, третья

 – Как счастлива ваша жизнь, государь! Какие добрые лица вижу я в вашем доме и какие богатства в этой прекрасной Гаскони!

– Если бы здесь была моя жена, я не сказал бы тебе при ней, что скажу теперь. Но в ее отсутствие могу признаться, что самой-то лучшей части моей жизни ты и не видишь.

– Ах, государь, в самом деле я слышал кое-что о вашем величестве.

Генрих откинулся на спинку своего кресла и принялся поглаживать бороду.

– Слышал? Говорят, что я царствую больше над подданными женского пола.

– Точно так, государь. Однако это меня удивляет.

– Чему же тут удивляться, любезный кум?

– Я удивляюсь потому, что вы имеете тот беспокойный дух, который рождает королей.

– Ах, Шико, ты ошибаешься. Я больше ленив, чем деятелен. Доказательство – вся моя жизнь. Если я выбирал вино, то всегда из ближайшей бутылки. За твое здоровье, Шико!

– Государь, много чести! – Шико опорожнил свой стакан до последней капли, потому что король смотрел на него тем умным взором, который, казалось, проникал в самую глубь его мыслей.

– Да, – король поднял глаза к небу, – а сколько неудовольствий в моем семействе!

– Я понимаю, государь, – все фрейлины королевы обожают вас!

– Они мои соседки, любезный Шико.

– Хе-хе-хе! Государь, стало быть, если бы вы жили в Сен-Дени, а не в Нераке, то король Генрих Третий вел бы жизнь несколько побеспокойнее нынешней.

Генрих стал угрюмее.

– Король! Что вы говорите мне о короле, любезный Шико? Не воображаете ли вы, что я Гиз? Мне хочется иметь Кагор, правда, но Кагор ведь почти у моих ворот.

Я честолюбив, но, если надо трудиться, я не двигаюсь с места и не желаю ничего.

– Черт возьми! – отвечал Шико. – Это желание того только, что находится под рукой, очень похоже на желание Цезаря Борджиа[8 - Борджиа Цезарь (Чезаре) (1476–1507) – сын Папы Александра VI, кардинал (до 1498). Активно проводил политику своего отца, не останавливаясь перед применением любых средств.

Был типичным сыном своего времени: энергичным, умным, жестоким, коварным, беспринципным, покровительствовал наукам и искусству; погиб в сражении.], который собирал не больше как по одному городу и скопил целое королевство, уверяя, что Италию, как артишоки, надо есть по одному листочку.

– Этот Цезарь Борджиа был, кажется, недурным политиком, куманек?

– Но очень опасным соседом и плохим родственником.