Сорок пять. Часть вторая, третья

Ты позволишь…

– Что вам угодно, господин Шико?

– Оставить тебя и продолжать путь.

– Но по ночам из дворца выходить нельзя – отдан такой приказ.

– Ты видишь – я ухожу. Стало быть, можно.

– Это конечно, но…

– Но?..

– Вам надо вернуться, господин Шико.

– Ну нет, братец.

– Как «нет»?

– По крайней мере, не той же дорогой: ты видишь, как она удобна.

– Будь я офицер – так спросил бы вас: зачем вы выбрали эту дорогу? Но это меня не касается: я простой солдат. Все-таки вы вернитесь. Вернитесь же, господин Шико, прошу вас!

Солдат просил так убедительно, что просьба его тронула Шико.

Он вынул из кармана десять пистолей.

– Ты слишком бережлив, мой друг, чтобы не понять: если я привел в такое жалкое состояние свое платье, пройдя этот путь один раз, во что оно превратится, если я пройду его снова? Придется мне ходить совершенно голым, что очень неприлично, особенно при дворе, где так много молодых и хорошеньких женщин, начиная с королевы. Пропусти же меня, мой друг, к портному.

 – И он положил ему на руку десять пистолей.

– Проходите скорей, господин Шико, скорей! – И солдат спрятал деньги.

Шико, выйдя на улицу, сориентировался быстро: чтобы добраться до дворца, он проехал весь город; стало быть, теперь надо идти в противоположную сторону. Ясная, безоблачная ночь не благоприятствовала его бегству. Шико с сожалением вспомнил о пасмурных ночах Франции, когда можно ходить по Парижу, не различая ничего дальше чем в четырех шагах; к тому же его подбитые железом сапоги стучали по каменистым улицам, как лошадиные подковы.

Злосчастный посол не успел свернуть за угол первой улицы, как подоспел патруль. Шико остановился сам, думая, что возбудит подозрение, если будет скрываться.

– Добрый вечер, господин Шико! – Начальник патруля отдал ему честь шпагой. – Не заблудились ли вы? Если угодно, я прикажу проводить вас во дворец.

«Что за дьявольщина! Неужели все меня знают в Нераке? – подумал Шико. – Странно!»

Потом, приняв самый спокойный вид, произнес:

– Нет, господин корнет, вы ошибаетесь: я иду вовсе не во дворец.

– Напрасно! – отвечал с важностью офицер.

– Это почему, милостивый государь?

– Потому что жителям города выходить по ночам без позволения начальства и без фонаря, исключая случаи крайней необходимости, запрещено строгим указом.

– Извините, но этот указ меня не касается.

– Не касается?

– Да, я не житель этого города.

– Конечно, но вы в нем находитесь.