Три мушкетера

– Но это вовсе не господин д’Артаньян! – вскричал Бонасье.

– Как – не господин д’Артаньян? – в свою очередь закричал комиссар.

– Ну конечно, нет! – сказал Бонасье.

– Как же зовут этого господина? – спросил комиссар.

– Не могу вам сказать: я с ним не знаком.

– Вы с ним не знакомы?

– Нет.

– Вы никогда его не видели?

– Видал, но не знаю, как его зовут.

– Ваше имя? – спросил комиссар.

– Атос, – ответил мушкетер.

– Но ведь это не человеческое имя, это название какой-нибудь горы! – воскликнул несчастный комиссар, начинавший терять голову.

– Это мое имя, – спокойно сказал Атос.

– Но вы сказали, что вас зовут д’Артаньян.

– Я это говорил?

– Да, вы.

– Разрешите! Меня спросили: «Вы господин д’Артаньян?» – на что я ответил: «Вы так полагаете?» Стражники закричали, что они в этом уверены.

Я не стал спорить с ними. Кроме того, ведь я мог и ошибиться.

– Сударь, вы оскорбляете достоинство суда.

– Ни в какой мере, – спокойно сказал Атос.

– Вы господин д’Артаньян!

– Вот видите, вы снова это утверждаете.

– Но, господин комиссар, – вскричал Бонасье, – уверяю вас, тут не может быть никакого сомнения! Господин д’Артаньян – мой жилец, и, следовательно, хоть он и не платит мне за квартиру, или именно поэтому, я-то должен его знать.

Господин д’Артаньян – молодой человек лет девятнадцати-двадцати, не более, а этому господину по меньшей мере тридцать. Господин д’Артаньян состоит в гвардейской роте господина Дезэссара, а этот господин – мушкетер из роты господина де Тревиля. Поглядите на его одежду, господин комиссар, поглядите на одежду!

– Правильно! – пробормотал комиссар. – Это, черт возьми, правильно!

В эту минуту распахнулась дверь, и гонец, которого ввел один из надзирателей Бастилии, подал комиссару какое-то письмо.

– Ах, негодная! – воскликнул комиссар.

– Как? Что вы сказали? О ком вы говорите? Не о моей жене, надеюсь?

– Нет, именно о ней. Хороши ваши дела, нечего сказать!

– Что же это такое? – воскликнул галантерейщик в полном отчаянии.