И обходя моря и земли

А мне не боязно уже

Предстать перед его очами,

Греха я за собой не знал,

И коли кто-то к ним меня послал,

Готов судьбу свою я с ними разделить!

И голос Князя я услышал,

Как будто прозвучало свыше!

И властью веяло, и добротой,

Звучал чуть с легкой хрипотой,

Как меч булатный!

Раскалённый в огненных боях,

И вновь остужен на семи ветрах!

Он завораживал собой! И

Как-то сразу же давал понять,

Что этому Лицу не стоит лгать,

А так сложилось, вот судьба!

Что ложь для них – то правда для меня!

Князь приказал поднять:

– Ну что же, гость незваный мой!

Рассказывай! Откуда будешь, кто такой?

Если ты купец-лазутчик,

То скажу – ты не везунчик!

И никак я не пойму,

Что не владея мыслью мудрой,

Как же смог своей натурой

Ты в доверие втереться Алексею самому?

«Ведь знал же, что ответ держать!

Нет бы – заранее слова поподбирать!

И надо ж было с Филаретом мне связаться!

И что теперь?

Ведь всё равно не удалось поспать!

Вот точно, Князь заметил обо мне,

Нет мыслей мудрых в этой голове!»

Я развожу руками:

– Позволь мне, Князь, но не прими за лесть!

Что славой полон ты и добрыми делами,

И слухи си идут по всей Руси!

И много люд простой сложил сказаний.

И если нет доверия в тебе ко мне,

То от руки твоей я смерть почту за честь!

Но выслушать прошу наедине,

А там решишь, что, – то я и приму.

Помедлил Князь и на крыльцо поднялся,

Меня охранник в спину подтолкнул.

А Филарет шепнуть не постеснялся:

– Ну, с Богом, сын, найди обратный путь!

Должок за сапоги тебе остался!

Серьга похлопал по плечу:

– И у меня должок под глазом!

Я возмущался:

– Да чтоб вы провалились разом!

За смертью может быть иду.

А вы о долговых наказах!

Князь засмеялся:

– Поделом! Видать, ты всех уважил!

И заходи-ка ты в мой дом,

Послушаю твои рассказы.

Вошел в хоромы и с порога,

Рукой себя перекрестил,

И, глядя прямо на икону,

У Бога я прощенья попросил.

Махнул рукой мне Князь,

На лавку сел за стол,

Хотел разуться я, нагнулся,

Поняв, не стоит. И в обуви прошел.