Сальватор. Книга IV

– Казнь по-прежнему назначена на завтра? – спросил он.

– Да, на завтра, – ответил господин Жакаль.

– На четыре часа пополудни?

– На четыре часа, – повторил господин Жакаль.

– Хорошо, – сказал Сальватор.

Затем, посмотрев направо и налево, Сальватор обратился к спутнику господина Жакаля по подземелью.

– Что вы сделали в предвидении этого, брат?

– Вот что, – ответил карбонарий. – Я снял напрокат все окна второго этажа на набережной Пеллетье и все окна домов, выходящих на Гревскую площадь, начиная с мансард и кончая первыми этажами.

– Но, – произнес господин Жакаль, – вам это должно было обойтись в кругленькую сумму!

– Пустяки: это стоило мне всего-навсего сто пятьдесят тысяч франков.

– Продолжайте, брат, – сказал Сальватор.

– У меня в распоряжении четыреста окон, – продолжил карбонарий. – Если поставить по три человека на окно, получится тысяча двести человек. Я поставил четыре сотни человек на улице Мутон, улице Жан-де-Лепин, на улице Ваннери, на улице Мартруа и на улице Таннери.

То есть на всех выходах на площадь Ратуши. Еще две сотни человек расположены между воротами тюрьмы «Консьержери» и Гревской площадью. Каждый из них вооружен кинжалом и парой пистолетов.

– Дьявольщина! Это вам должно было обойтись намного дороже, чем снять четыреста окон!

– Ошибаетесь, мсье, – ответил карбонарий. – Мне это ничего не стоило: окна можно купить, сердца же не покупаются.

– Продолжайте, – сказал Сальватор.

– Вот как все должно будет произойти, – продолжил карбонарий.

 – Горожане, зеваки, женщины, дети по мере того, как кортеж будет приближаться к площади, будут оттеснены нашими людьми в сторону Гревской набережной и моста Сен-Мишель. Они ни в коем случае не смогут замешаться в наши ряды.

Господин Жакаль слушал все это с большим вниманием и огромным удивлением.

– Повозка с пленником в сопровождении эскорта жандармов выедет из «Консьержери» приблизительно в половине четвертого.

Она направится к Гревской площади по набережной Цветов и проедет беспрепятственно до конца моста Сен-Мишель. Там один из моих индусов бросится под колеса и повозка раздавит его.

– А! – прервал его господин Жакаль. – Я имею честь говорить, если не ошибаюсь, с господином генералом Лебатаром де Премоном?

– С ним самым, – ответил тот. – Вы, значит, подозревали, что я в Париже?

– Я в этом был уверен… Но сделайте милость, мсье, продолжайте.