Месть колдуньи

Это оказался серебряный поднос. Там где металл, из которого частенько делали церковную утварь, и который был в чести у Волшебного Народа, коснулись тела порождения черного колдовства, запахло паленой плотью и задымились и без того скудные остатки шерсти. Несчастная нежить коротко взвизгнула от боли и предпочла убраться с пути рыжеволосой служанки, которая остервенело сжимала в руках два кубка, готовая в любой момент отправить их в недолгий полет. Посчитав, что добыча оказалось чересчур зубастой, монстр предпочел ретироваться.

Хруст сухих веточек под массивными лапами явственно говорил, что он принял разумное решение убраться от замка подальше.

– Вы спасли меня от участи горше смерти, госпожа моя, – Проговорил Генрих, учтиво поклонившись. – Поэтому вправе требовать любую награду за свое благодеяние. Простите, не запомнил вашего имени.

– Альвева, – притворно смущенно хлопнув рыжими ресницами, служанка тихонечко выдохнула. – Вы похитили мое сердце, господин, надеюсь, вы пожалеете меня и отведете к алтарю в качестве своей будущей жены.

– Я обязан вам жизнью, госпожа Альвева, поэтому, согласно законам рыцарской чести, завтра вы станете моей супругой. Любить вас я никогда не смогу: мое сердце было отнято Абигайль де Альфонсо, но мы вполне сможем договориться и обеспечить друг другу приемлемые условия для жизни. Единственное требование: вам придется родить столько детей, сколько позволят небеса! – в серых глазах зажегся фанатичный огонь, который, мягко говоря, сильно нервировал черную ведьму.

 – После утреннего богослужения святой отец свяжет нас узами брака, а потом мы отбудем в мой замок в Кастилии. Насчет подходящего платья и украшений можете не беспокоиться, я об этом позабочусь сам. До завтра госпожа Альвева. Надеюсь, вы никогда не пожалеете о принятом решении, ведь могли просто получить в дар замок и дворянский титул виконтессы за спасение моей жизни.

– Генрих, меня интересуете вы лично, а не регалии и земли.

Огонек сомнения в серых глазах сразу дал понять колдунье, что обмануть де Реора ей так и не удалось.

Мужчина сразу почуял, что девица сильно лукавит, говоря о своих чувствах. Именно герцогское достоинство рыцаря и все его состояние служанку в первую очередь и интересовало. Все красивые слова о бессмертной любви были откровенной ложью. Взгляд изумрудных глаз был откровенно оценивающим. Ничто не всколыхнулась в душе герцога де Реора, как бывало всегда, когда его взгляд видел Абигайль де Альфонсо.