Лазейка

Кровать стояла уже не на прежнем месте, но у знакомой стены – каждые шероховатости её он знал наизусть. Ощущения были причудливые и от прикосновения к детству казались пришедшими прямиком из сказки. Будто странник пережил возвращение в уменьшенное чарами родное королевство. Всё было прежним, но другим: зыбким, как воспоминания, и реальным, как взросление. Это была сказка, а сказкам не было места в вымуштрованном сердце мужчины.

Ближе к утру раздался сигнал тревоги в служебном напульснике комма. Лозен лихорадочно принялся искать ступней штанину, стараясь сориентироваться в предрассветных сумерках.

Снизу деликатно посигналил водитель.

В штабе творилось упорядоченное безумие. Хаос аврала, подчиннный строгому алгоритму боевых инструкций, создавал воронку припоминающих своё предназначение исполнителей.

Начальник штаба руководил операцией. Заметив козырнувшего Лозена, он скомандовал:

– Капитан Ко. Берите свой отряд и оцепляйте Южный человечник. Действовать надо немедленно – пришли донесения о готовящемся штурме блокпостов.

Необходимо обыскать все квартиры дефектных, арестовать несговорчивых и добыть разведданные. Сегодня обязательно нужно раскрыть все явки и схроны. Приказ понятен?

Лозен кивнул, бросив:

– Так точно.

– Действуйте, – отпустил его начштаба и повернулся к другим офицерам.

Лозен размеренным шагом направился в расположение. Лейтенанты уже построили личный состав и ждали приказа выдвигаться. Лозен коротко обговорил с ними боевую задачу, сверил данные геолокации и направился к служебному автомобилю – ездить вместе с бойцами в броневиках он давно отвык.

Утро серело. Рабочий люд стал выходить из домов, спеша на ранние смены. Бойцы хватали их и проверяли документы. Через некоторое время их заметили, и по улицам пробежала волна движения, как рябь по воде.

Облава заставляла бойцов рассредоточиваться, распыляться по квартирам и этажам. Раздробленные группы коспехов отслеживали и заставали врасплох дефектные, нападая на них из засады с самодельными огнестрелами и закидывая бутылками с горючей смесью.

Нападавшие спешно скрывались, а их выходки надолго тормозили спецоперацию, отвлекая бойцов из других групп, заставляя перегруппировываться и только потом возвращаться на прежние маршруты.

Дело шло крайне медленно, потери множились. Лозен начинал злиться и терять норов. Но вот, наконец-то он почувствовал что-то вроде удачи – допрошенный дефектный промолчал про одну из явок.