Хрома. Книга о цвете

Квир-идентичность позволяет одновременно сделать политическое заявление против гетеронормативности и вместе с тем отказаться от традиционной политики категоризации идентичностей. Поэтому для Джармена важно было использовать именно термин «квир», а, например, не «гей». Я сочла возможным оставить его без перевода, поскольку термин уже достаточно распространился в русском языке.

Хрома

Книга о цвете

Блестящий, пышный, раскрашенный, пестрый,

Живой, щегольской, уносящий прочь слезы.

Пылкий, сияющий, огненный, яркий,

Кричащий, вопящий, гордый, жаркий,

Сочный, уместный, глубокий и мрачный,

Пастельный, спокойный, тусклый, невзрачный,

Насыщенный, красочный и неприметный,

Призматический, разноцветный,

Калейдоскопический, неоднородный,

Светящийся, крашеный, сумасбродный,

Растворы и краски, лессируешь, трешь

Высокий ключ, цветная ложь[1 - Colour lie (цветная ложь) – может быть аллюзией на выражение white lies(белая ложь), означающее невинную ложь, ложь во спасение.

Я посвящаю свою книгу Арлекину,

оборванцу, что знается со всяким сбродом,

в красных, голубых и зеленых заплатах.

Находчивый ловкач в черной маске.

Хамелеон, принимающий любой цвет.

Воздушный акробат, прыгун, танцор,

крутящий сальто. Дитя хаоса.

Пестрый и лукавый

Само непостоянство

Смешливый до кончиков пальцев

Принц воров и мошенников

Глоток свежего воздуха.

Доктор: И как вам удалось попасть на Луну?

Арлекин: Ну… это было вот так…

    (Луи Дюшартр.

Предисловие

Свернувшись в клубок в кувшине золота на том конце радуги, я размышляю о цвете. Международный синий цвет художника Ива Кляйна. Блюз [2 - Название blues (блюз) возникло от идиомы bluedevils (буквально: синие черти), означающей меланхолию, хандру.] и далекая песня. Я знаю, что Альберти, архитектор пятнадцатого века, сказал: «Глаз – самое быстрое, что есть на свете». Быстрый цвет. Нестабильный цвет. Он написал эти слова в книге «О живописи», которую закончил в 8:45 утра в пятницу, 26 августа 1435 года.

    (Леон Батиста Альберти. О живописи)

Когда Марк, мой редактор, приезжал ко мне в Хижину Перспективы, мы говорили о цвете. О голубом и красном, и о наших прошлогодних изысканиях по поводу Голубого Концерта, который Саймон Тернер в эту самую минуту исполнял перед Золотым Павильоном в Киото, и все это глубоко погрузило меня внутрь спектра. Сейчас Марк уехал.