Кино. Пойми родителей

Ну, вот так было тогда принято.

Вот вообще никто не считает, в фильме этом, по сюжету: сколько с него там убудет – и какой можно срубить процент. Как-то совсем нерасчетливо живут люди. Вот просто так.

Но, правда, и гадов тоже хватает. Тем более, что время – ровно перед захватом Австрии гитлеровской Германией. И австрияки (они – австрийцы) и вообще в сложном положении. Они говорят по-немецки. Но в империи ещё столько вообше-то народов…

Жители Вены – так они даже и выглядят по-другому (приток славянской крови).

И по языку от истинных арийцев отличаются. Вот все с австрийского произношения угорают…

Ну, кто там угорает, а кто и нет.

Но история на этот мир наступает. Железной пятой. Впрочем, история тут не при чем. У этой «железной пяты» имеются конкретные авторы. И куча прихвостней. Кто там почему.

(Как же все это теперь понятно!)

И все живое вообще-то гибнет. И Табачник погибнет в Гестапо (только потому, что продавал сигареты и сигары кому попала, еврей там, не еврей…) И мальчишка, главный герой, тоже этой участи не избежит.

И девушка его возлюбленная, чешка, из Богемии, тоже пойдёт по рукам, хорошо если поначалу с уголовником, а ведь потом и с каким-нибудь штандартенфюрером…

И доктор Фрейд успеет уехать в Лондон, где вскоре, в 82 года и умрет. И получит до того массу удовольствия, лишившись пациентов, получив как еврей запрет посещать театры и рестораны, когда семья опасалась доктора на улицу выпускать. Погулять там…

Нет, правда, этого в фильме. Что Зигмунда Фрейда власти Великой объединённой Германии выпустили из Вены за границу только потому, что за него мировая общественность заплатила нацистам громадный выкуп…

Там ещё, конечно, и сны, и очень хорошо сняты, (привет Ингмару Бергману) и фрейдистский анализ, но на самом деле – куда больше здравого смысла.

Который, по-видимому, ещё тогда и пришел к концу. И был похоронен. Без почестей. В братской могиле. Многие даже не заметили.

То, чем мы сейчас пользуемся, – это какие-то уже трудно опознаваемые ошмётки.

«Убийства по Фрейду»

Я вот уверенно избавляюсь от презрения к искусству сериала, которое ещё 10-15 лет назад мы на Высших режиссёрских курсах впитали с молоком матери.

Ну вот у нас не те были учителя! Не допускали в профессии подобного уровня цинизма!

Но, правда, и сериалы были тогда… Вот сплошная жвачка. Ещё и без сахара.

У нас так считалось, что пойти снимать сериал – это навеки опозорить. И себя, и профессию.