Байки неугомонной барышни

Знала я, кто ради буквы «А» после цифры класса пойдёт биться лбом об математику с физикой и поняла, что мне – в другую сторону. Да и какой из меня физмат, ну вы же понимаете. В общем, попала я в новый для себя класс, а в нём собрались нормальные люди. Никто меня не обижал, со мной села хорошая девочка на предпоследнюю парту и жизнь начала решительно налаживаться. Клёвые мальчики, ну один из них, частенько просил списать, а так как учился хуже меня, вполне был согласен с качеством списываемого. В общем, нормально всё стало, даже местами классно, человека во мне признали, хоть и тихого, хоть и не сильно компанейского.

Со временем мы начали с подружкой ходить в рок-центр «Белый кот». Там познакомились с людьми и вовсе другого типа, потом «Без шнурков», добродушный университет, в общем, миром и приключениями я заинтересовалась не на шутку. В том же самом «Белом коте» был завсегдатай, паренёк примерно на год старше меня, с которым мы довольно скоро «побратались на крови», как тогда было принято и быстренько сочинили историю о том, что мы реально брат с сестрой.

Двоюродные или троюродные, а то сводные

– показания часто менялись, а ещё чаще не сходились. Однако нас это нисколько не смущало и верят ли люди в это, не интересовало от слова «абсолютно».

Когда я училась уже на втором курсе, братишка поступил на отделение журналистики и стал учиться на курс младше меня. Вообще, братишка – человек непостоянный и где учиться, и что именно делать

– ему было неважно. Нисколько не сомневаюсь, что к настоящему моменту ничего не изменилось.

Наверное. Я не знаю точно, не видела его несколько лет уже. Однако был у него один аргумент, зачем ему на филфак: среди молодых преподавателей оказалась его бывшая девушка (он – странный немного, я предупреждала), сделать которую обратно настоящей он был скорее за. Зачем оно ему надо – было совершенно непонятно. Отношений дольше двух недель у него вообще, по определению, не было и знакомиться с его «любовями до гроба и женами в самом скором будущем» я уставала, потому что 2-3 раза в месяц появлялось новое лицо. Они-то через две недели распрощаются, а мне потом что делать? Со мной-то барышни не распращиваются, только с ним. Недальновидного родственника, в общем, я себе нашла. Совсем. Но есть подозрение, что именно это в нём людей и привлекало. Каждый человек считал себя особенным и что с ним «точно будет по-другому».

В общем, поступил братишка на журналистику и обзавёлся там товарищем, таким же оторви и брось, как сам.