Виконт де Бражелон, или Десять лет спустя. Том 2

Де Гиш подошел ближе и поклонился ее королевскому высочеству. Но ее королевское высочество – заметила она его поклон или нет – даже не повернула головы. Кровь застыла в жилах несчастного; такое полное равнодушие ошеломило его. Ведь он был далеко, не знал ничего, что происходило, и не мог ничего предугадать. Видя, что его поклон остался без ответа, он приблизился еще на шаг и срывающимся голосом произнес:

– Ваше высочество, имею честь засвидетельствовать вам мое нижайшее почтение.

На этот раз ее королевское высочество соблаговолила поднять свои томные глаза на графа.

– Ах, это вы, господин де Гиш, – промолвила она, – здравствуйте!

И тотчас же отвернулась. Граф едва сдержался.

– Ваше королевское высочество, вы восхитительно танцевали, – проговорил он.

– Вы находите? – небрежно отозвалась она.

– Да, ваша роль вполне соответствует характеру вашего королевского высочества.

Принцесса обернулась и пристально посмотрела на де Гиша своими ясными глазами:

– Что вы хотите этим сказать?

– Вы играете богиню прекрасную, надменную и ветреную, – ответил он.

– Вы говорите о Помоне, граф?

– Я говорю о той богине, которую вы играете, ваше королевское высочество.

Принцесса сделала гримасу.

– Но ведь сами вы, сударь, – проговорила она, – превосходный танцор.

– О, ваше высочество, я принадлежу к числу тех, которых совсем не замечают, а если и заметили на мгновение, то сейчас же забывают.

Он глубоко и прерывисто вздохнул, торопливо поклонился и с трепещущим от горя сердцем, с пылающей головой и горящим взором скрылся за декорацией.

Принцесса только слегка пожала плечами. Заметив, что фрейлины из скромности отошли в сторону, она позвала их взглядом.

Это были девицы де Тонне-Шарант и де Монтале.

– Вы слышали, сударыни? – спросила принцесса.

– Что такое, ваше высочество?

– Что сказал граф де Гиш?

– Нет, не слыхали.

– Удивительно, – проговорила принцесса сострадательным тоном, – как отразилось изгнание на умственных способностях бедняги де Гиша. – И она продолжала, возвысив голос, чтобы несчастный не упустил ни единого из ее слов: – Во-первых, он плохо вел свою партию, а кроме того, наговорил кучу вздора.

И она встала, напевая мелодию, под которую собиралась сейчас танцевать.

Гиш слышал все это. Стрела глубоко вонзилась в его сердце.