Все приключения мушкетеров

Вот что значит иметь 20 лет от роду и особенно родиться в Тарбе.

Д’Артаньян начал с того, что пошел домой, чтобы заняться своим туалетом; потом пошел опять к Атосу, и, по обыкновению, рассказал ему все. Атос выслушал его предположения, покачал головою и с некоторою горечью советовал ему быть благоразумным, говоря:

– Как! Вы только что лишились женщины, которую называли доброю, очаровательною, совершенною, и вот уже хотите ухаживать за другой?

Д’Артаньян почувствовал справедливость упрека.

– Я любил госпожу Бонасьё сердцем, а миледи люблю разумом, – отвечал он.

– Ее роль! Черт возьми, после того, что вы говорили о ней, это совсем нетрудно понять. Это создание кардинала; женщина, которая завлечет вас в сети, где вы преспокойно погибнете.

– Любезный Атос, вы, кажется, на все смотрите с черной стороны.

– Я не доверяю женщинам, любезный д’Артаньян, что же делать! Я поплатился за доверие к ним, а особенно к блондинкам; а миледи блондинка, как вы говорили?

– Да, и у нее самые красивые волосы, какие я видел.

– Ах, несчастный д’Артаньян, – сказал Атос.

– Послушайте, мне хочется только разузнать о ней; а как только узнаю все, что мне нужно, оставлю ее.

– Разузнавайте, – сказал флегматически Атос.

Лорд Винтер приехал в назначенный час, но Атос, предупрежденный вовремя, ушел во вторую комнату, так что он застал д’Артаньяна одного и так как было уже почти восемь часов, то они вышли.

Щегольская карета ожидала их внизу, и так как она была запряжена отличными лошадьми, то они в минуту были на Королевской площади.

Миледи Клерик приняла д’Артаньяна с важностью. Дом ее был замечательно великолепен; и хотя в то время большая часть англичан по причине войны выехали или намеревались выехать из Франции, миледи делала в своем доме новые расходы, что доказывало, что причина, заставлявшая всех англичан выезжать, не относилась к ней.

– Вы видите, – сказал лорд Винтер, представляя д’Артаньяна своей сестре, – молодого дворянина, который имел в своих руках мою жизнь и не воспользовался этим, хотя мы были враги вдвойне; потому что я его оскорбил и потому что я англичанин. Поблагодарите его, если вы сколько-нибудь дружны со мной.

Миледи нахмурила слегка брови, на ее лице показалось едва заметное облачко и такая странная улыбка, что молодой человек, заметив все это, почувствовал какую-то дрожь.