Белая Россия. Народ без отечества

Том Рейс, похоже, сроднившийся с героем своей книги, непреклонно защищая свой тезис о тождестве Эссад Бея и Курбан Саида, стал персоной нон-грата в Азербайджане. Загадка псевдонима Курбан Саид, вероятно, так и останется нерешенной…

Если же вернуться к книге «Белая Россия», то с ее авторством проблем нет: ее написал Лев Нуссимбаум. Она вышла под его писательским именем – Эссад Бей; в ней присустствуют и его биографические вехи.

Книга стала одной из первых попыток дать некий общий портрет Русского Зарубежья.

Автор одним из первых употребил такие термины как «государство вне государства», пояснив его «закрытый тип» и описав различные структуры. В целом, это связное повествование об истории белой эмиграции: ей как «государству» тогда исполнилось в 1932 г. всего лишь двенадцать лет, но она имела три миллиона подданных (цифра согласуется и с современными данными). Эссад Бей подробно описал зарождение Белого движения, судьбу Корнилова, реконструировав в главе «Ледовый поход» эту эпическую страницу. Особый сюжет – Галлиполийский лагерь, восхитивший автора выдержкой беженцев. В главе «Армия в изгнании» автор рассказывает о деятельности Российского Воинского Союза и его филиалов по всей Европе, о готовности белогвардейцев к продолжению Гражданской войны. Очерчены политические партии, монархическое и прочие движения; в главе «Внутренняя борьба» описывается убийства Набокова и Петлюры.

Автора интересовали все аспекты Белой России. Для него, несмотря на его увлечение Кавказом и Турцией, она остается неким эстетическим идеалом, и именно в эстетических категориях он преподносит последнее царствование.

В главе «Наемники и певцы», посвященной казакам, он, с одной стороны, он восхищается казаками, восхищается их преданностью «Белому царю», их удалью; с другой стороны, еврейское происхождение настраивает его на критическую волну. Этот очерк Эссад Бея первоначально появился на немецком в берлинской прессе и был отслежен казаками-эмигрантами. Существовал их журнал «Вольное казачество», где они, не вступая в полемику, процитировали ряд пассажей Эссад Бея, которые показывали его достаточно отдаленное знание казачьих реалий. Как ни удивительно, казаки даже не догадались, что очерк был написан их соотечественником. Меланхолично рецензент в конце писал, что когда же, мол, мы сами, казаки, будем писать о нас самих, и доколе некие иностранцы будут излагать несуразные вещи.

Представлены яркие отдельные биографии, здесь автор был ассом.