Ключевые идеи книги: Семь этюдов по физике. Карло Ровелли

Кроме того, Эйнштейн прозорливо предположил, что пространство постоянно расширяется и колышется. Его расширение, запущенное Большим взрывом тогда еще маленькой и очень горячей Вселенной, впервые зарегистрировали в 1930 году.

«Теория [относительности] описывает многоцветный и потрясающий мир, где вселенные взрываются, пространство схлопывается в бездонные дыры, время замедляется вблизи планет и по безграничному межзвездному пространству бежит рябь, словно по поверхности моря…» – подводит итог первой главе Карло Ровелли.

Этюд 2. Квантовая механика

Теория квантовой механики зародилась в 1900 году, когда немец Макс Планк при помощи опыта с горячим ящиком представил энергию электрического поля разделенной на порции – кванты. До этого господствовало мнение, что энергия беспрерывна.

Позже Эйнштейн в статье, за которую удостоился Нобелевской премии, показал, что из «кирпичиков» состоит и свет. Сегодня мы называем порции света фотонами.

Планк оказался «биологическим отцом» теории, Альберт Эйнштейн ее «воспитал».

Дальше она развивалась благодаря «наставникам» – датчанину Нильсу Бору и немцу Вернеру Гейзенбергу.

В 20–30-е годы XX столетия Нильс Бор понял, что энергия электронов внутри атомов принимает только конкретные значения: электроны скачут по атомным орбитам, выделяя или поглощая определенное количество энергии.

Электрон – элементарная частица с отрицательным электрическим зарядом. Входит в состав атомов наряду с протонами (с положительным зарядом), нейтронами (с нейтральным зарядом) и другими частицами.

Число электронов и протонов в атоме всегда одинаково: оно соответствует порядковому номеру элемента в таблице Менделеева.

Лучшие умы того времени принялись изучать эти квантовые скачки в копенгагенском институте Бора.

Написавший первые уравнения Вернер Гейзенберг предположил, что электроны материализуются, только когда с чем-то сталкиваются. У них нет конкретного места. Реальность будто нарисована пунктиром.

Квантовые скачки – единственный способ электронов стать реальными. При этом скачки случайны. Нельзя спрогнозировать, где точно появится электрон, возможно лишь рассчитать вероятность, с которой он где-то окажется. Это было очень необычно для физики, в которой традиционно властвовали строгие законы.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.