Юридический механизм разрушения СССР

Поэтому наличие подобных льгот не является чем-то новым, не является изобретением советской власти, а представляет собой вполне естественное явление как в истории нашей страны, так и в зарубежных странах, и причиной для проведения «перестроек» в других странах это не являлось.

§ 3. Наличие «железного занавеса»

Как известно, идеологическое клише о якобы существующем в СССР «железном занавесе», опустившимся и разделившим Запад и Восток, принадлежит У. Черчиллю и его «фултонской речи».

Представляется, что определенные ограничения в экономике, в личных правах (праве свободного выезда за границу) и культуре имели объективные причины и были необходимы для защиты СССР, его экономики и культуры от самой откровенной подрывной деятельности Запада в рамках начатой им войны, вошедшей в историю под названием «холодной».

История показала, что как только эти ограничения были сняты («занавес» поднят), из СССР сразу же вывезли почти все товары народного потребления, которые по сравнению с западными были очень высокого качества и по низкой цене, а взамен советские граждане получили «антикиллеры», «телепузиков» и массу видов и разновидностей «клубнички». Досыта «наевшись» всем этим и поняв, что великое видится на расстоянии, люди советские фильмы и песни возвели в ранг «классики», а о докторской колбасе по 2 руб. 20 коп. стали только мечтать.

Однако, оставляя анализ экономических, политических, культурных и иных причин «закрытости» Советского Союза, надо признать, что для разумного изменения существующего положения отнюдь не надо было всё «перестраивать» до основания.

§ 4. Желание перемен

Безусловно, советское общество жаждало перемен, как оно жаждало их и в марте 1953 г., и в октябре 1964 г., и в ноябре 1982 г., и в феврале 1984 г., как оно их жаждало всегда, на любом этапе своего развития, как оно жаждет их прямо сейчас. Однако каждый раз к «перестройке» это не приводит.

Кроме того, никто в руководстве СССР, в частности в Политбюро, кроме М. С. Горбачёва, как и никто среди подавляющего большинства советских граждан, не мог предположить и не хотел того, что принесет впоследствии «перестройка», не хотел ни её целей, ни средств их достижения.

Люди хотели перемен, но не хотели таких перемен, не хотели такой перестройки.

Таким образом, полагаю, что ни «застой», ни привилегии чиновничества, ни «железный занавес», ни желание перемен не были причинами «перестройки».

Однако, как известно, у любого явления причины всё-таки есть.