Как Ельцин преемника выбирал

Государственное Белорусское телевидение обнародовало документы о попытках оппозиции получить от Запада 32 миллиона долларов для дестабилизации политической ситуации в стране.

16 января

Руководитель департамента культуры и информации аппарата правительства Игорь Шабдурасулов опроверг слухи о том, что Виктор Черномырдин болен и доставлен в Барвиху.

Премьер в настоящее время на своей подмосковной даче работает с документами: «В час ночи он возвратился в Москву из поездки в Ашхабад и Душанбе, и ему уже в аэропорту дали два чемодана документов».

* * *

Собкоры российских газет в Великобритании пишут, что английское телевидение Би-би-си показало на днях двухсерийный документальный фильм «Царь Борис. Времена Ельцина». Лента шла две субботы подряд, 3 и 10 января, в лучшее телевизионное время, в 7 часов вечера. Наиболее полный комментарий в «Комсомольской правде», от ее собкора в Лондоне Ольги Дмитриевой.

Автор фильма – бывший московский корреспондент Би-би-си Бриджит Кендалл.

Свидетельствуют Кравчук, Шушкевич, Хасбулатов, Руцкой, Гайдар, Коржаков и другие герои мутного времени. Их признания перед камерой шокирующие.

Какой Шекспир, какая гибель «Титаника»! То, что произошло в России, превосходит все трагедии прошлого. По нашей же дурости.

Белорусский спикер Станислав Шушкевич рассказывает, как происходила знаменитая встреча в Беловежской Пуще в декабре 1991 года, на которой был распущен Советский Союз. Съехались просто так, развеяться. Шушкевич, будучи в Ново-Огареве, пригласил Ельцина в Беловежскую Пущу и в шутку спросил, не позвать ли Горбачева.

Ельцин насупился: «Нет. Если приедет Горбачев, то не приеду я». О роспуске Союза никто не помышлял заранее. Сумасбродная идея родилась внезапно, за ужином.

Как она возникла, объяснил украинский президент Леонид Кравчук: «У нас, славян, всегда ужины хлебосольные. Поэтому белорусы постарались: была водка разная, в том числе и «Зубровка».

Словом, порядком набрались. Тут Ельцин и спрашивает у хозяина: «А такое бы заявление, как то, что СССР как геополитическая реальность прекращает свое существование, вы бы подписали?» Шушкевичу придала храбрости выпитая «Зубровка», и он выдал: «Я бы подписал!» По его словам, ему тогда показалось, что все остальные тоже не прочь подписать.

«И тогда уже мы пошли дальше…»

А поутру, протрезвев, как нашкодившие школьники, стали спорить, кто должен сообщить о решении Горбачеву, мировой общественности.