Террор, терроризм и преступления террористического характера

Во-вторых, как бы того и хотелось избежать, постоянно наталкиваешься на политическую составляющую терроризма, игнорирование которой приведет к неполноте и косности всего исследования. Стремление ученых обойти вниманием политическую суть террора и терроризма вредит и науке, и обществу, и самой власти, поскольку, лишь нарушив принцип власти «что не говорится, того не существует», можно прийти к открытому обществу и правовому государству. Замалчивание проблемы политической преступности[5 - Кабанов П.

А. Политический терроризм: Криминологическая характеристика и меры сдерживания. Нижнекамск, 1998. С. 48.] и преступной политики[6 - Шестаков Д. А. Криминология. Преступность как свойство общества. СПб., 2001. С. 205.] провоцирует власть на новые преступления против собственного народа. А это, в свою очередь, провоцирует народ, считающий себя морально свободным перед преступной властью, на преступную, в том числе и террористическую активность. Но насилие и несправедливость власти в отношении своих граждан не только вызывает ответную реакцию, но и растлевает народ изнутри, вызывая недоверие и сопротивление любой форме властных предписаний. Если активная форма сопротивления преступной политике заключается во всевозможных правонарушениях и преступлениях, с которыми власть борется путем установления запретов, то пассивная форма протеста (снижение экономической, демографической, социальной, культурной и т.  п. активности населения) ставит под угрозу само существование народа. У него снижается природный иммунитет организованного сопротивления насилию, а потому он оказывается уязвим для активности враждебных внешних сил. Пассивная народная оппозиция и народный нигилизм являются самыми опасными для любой власти формами противодействия, формами совершенно неуправляемыми, неподконтрольными никаким методам государственного принуждения и самым жестоким уголовным карам. Внешнее смирение перед угрозой террора не означает смирения внутреннего. Уходя далеко в глубь человеческой психики, мысли о противодействии государству и церкви, о мести, о восстановлении исторической справедливости и т. д. живут в ожидании «своего часа», чтобы прорваться наружу чудовищными взрывами общественных потрясений. Такие взрывы происходят в периоды нестабильности и иных социальных катаклизмов.