История и культура гуннов

Но ни Феофан, ни другой автор и не подумал рассказать об убитых во Фракии крестьянах, о людях, выброшенных из своих домов в башнях, о тяжкой доле солдат. В отличие от „известных людей“ и епископов все они были расходуемым материалом.

Гунны помогают Аэцию и теряют Паннонию

У нас нет информации относительно гуннских набегов на западе в 420-х гг. Среди войск, которые в 424 г. главнокомандующий армией узурпатора Иоанна Кастин выслал против Бонифация в Африку, были и гунны. Дата представляется важной, поскольку экспедиционная сила перешла к Иоанну, эти гунны, вероятно, были частью действующей армии.

Обращаться к федератам за границей не было времени. Гунны, о которых идет речь, скорее всего, находились в Италии. Это, в свою очередь, указывает на дружеские отношения между Западной империей и, по крайней мере, некоторыми гуннами в то время, когда Аэций еще занимал скромное положение cura palatii[59 - Забота о дворце. (Примеч. пер.)]. Саноэс, один из трех duces[60 - Вождь, полководец. (Примеч. пер.)] в Африке, мог быть гунном.

Годом позже Аэций с большой армией гуннов вошел в Италию, чтобы помочь Иоанну в войне с восточными римлянами.

Иоанн послал Аэция с крупной суммой золотом к гуннам, народу, известному ему еще с того времени, как он был у него заложником, и связанному с ним дружбой; он поручил, чтобы, как только армия Восточной империи войдет в Италию, Аэций должен напасть на нее с тыла, а сам он ударит в лоб.

Гунны пришли слишком поздно. За три дня до их появления Иоанн был убит.

Но Аэций, или не зная, что случилось, или не желая верить этой новости, ввязался в бой с силами Восточной империи, и в этом бою было много убитых с обеих сторон. Короткая кампания завершилась примирением Аэция и императрицы-матери Галы Плацидии. Гунны получили золото, вернули заложников, обменялись клятвами и отправились домой.

Хронист VI в. Марцеллин Комит записал о событиях, произошедших до 427 г., следующее: „Провинции Паннония, которые пятьдесят лет удерживались гуннами, были снова взяты римлянами“ („Pannoniae quae per quinquaginta annos ab hunnis retinebantur, a Romanis receptae sunt“).

Эти две строчки обсуждались поколениями историков. Одни считали их чепухой, другие основывали на них далекоидущие выводы. Их трактовали и снова пересматривали трактовку, переводили и искали лучший перевод, чтобы они соответствовали всем возможным теориям о судьбе бывших римских провинций на Дунае.

Считалось, что Romani Марцеллина – это восточные римляне.