Телохранитель из будущего

– Никуда не уходи и ничего себе не коли! – Хантер побежала к лестнице, направившись на второй этаж здания. – Я сейчас вернусь.

Она спустилась обратно буквально через минуту, держа в руках большую аптечку и на ходу сообщая:

– Я проходила курс первой помощи… И если честно, то не один. Когда-то мечтала стать врачом, – девушка принялась спешно перебирать содержимое аптечки.

– Почему не стала? – тихо спросил Джеймс.

– Пришлось выбирать между медициной и творчеством. Я долго думала, что же мне ближе, и выбрала то, что выбрала, – улыбнулась Хантер.

– Не жалеешь?

– Нет, – ответила она, достав из аптечки все, что могло пригодиться. – Жалею только о том, что эти две профессии никак не совместить. А теперь снимай футболку, посмотрим, что у тебя там.

Мужчина, не раздумывая, стащил ее с себя, обнажив торс. Он слегка поморщился от усилившейся боли при резком движении рук, но быстро пришел в норму.

– Оу… – протянула Хантер.

– Что? – спросил он.

– Рана воспалилась, – ответила она, явно глазея на все остальное, кроме самого ранения.

На подтянутую грудь, рельефный живот и мускулистые плечи. Инстинктивно она даже прикусила губу, но быстро себя одернула и сбивчиво пробормотала: – Я сейчас ее обработаю, промою, потом зашью, перевяжу и…

– Делай, что требуется, – перебил ее Джеймс, слегка улыбнувшись.

– Может, хочешь обезболивающих? – спросила она, сев на корточки напротив мужчины. – Будет проще терпеть.

– Они притупляют реакцию, так что не стоит.

– Ладно, тогда приступим, – Хантер достала пузырек и ватные диски, начав обрабатывать рваную рану. – Это все високосный год, – вдруг выпалила она, не поднимая глаз. – Дурацкий 2020! Мама всегда говорила, что високосные года самые непредсказуемые на события.

Джеймс внимательно выслушал ее, после чего кратко усмехнулся.

– Почему ты смеешься? – девушка это заметила. – Я смешна? Тоже считаешь меня суеверной?

– Нет.

– А что тогда?! – его односложный ответ ее тоже не порадовал.

 – Чего ухмыляешься?!

– Я сам прибыл из високосного года.

– Да ладно?! – Хантер даже на мгновение отвлеклась от дела, подняв глаза и взглянув на Джеймса.

– 2060 год, – сообщил он. – Принес мне немало дерьма.

– Ты не говорил раньше, из какого времени прибыл… 2060 – это так нескоро. Мне будет уже за шестьдесят, когда он наступит, – медленно проговорила она, будучи занятой пропусканием нити через маленькое ушко иглы.

– Не думай об этом.