Другая история. «Периферийная» советская наука о древности

Это могло оживить его союз с Богаевским.]). Струве ожидаемо не приехал, Д. П. Калистов выступал против концепции Богаевского, как и практически все участники. Дальский в кратком виде повторял то, что формулировали Богаевский и Тюменев.

Чтение обзоров этих заседаний[206 - Стенограмма не сохранилась, но Т. В. Шепунова, при явной симпатии к позиции Сергеева (она была сотрудником кафедры истории Древнего мира, которой тот руководил), сохранила подробное изложение речей участников; нельзя исключать того, что она и вела стенограмму: Шепунова Т.

В Академии наук СССР. Обсуждение главы «Эгейский мир» для III тома «Всемирной истории» // Исторический журнал. 1940. № 7. С. 135–139; Она же. Дискуссия об эгейской культуре (Обсуждение главы для III тома «Всемирной истории») // ВДИ. 1940. № 2. С. 204–218. Сохранился также черновик речи Богаевского против Сергеева – судя по всему, как раз относящийся к этому заседанию. Он в общем малоинформативен. См.: РО ИРЛИ РАН. Ф. 49. Оп. 1. Д. 222 (ненумерованные тетрадные листы).] оставляет двойственное впечатление. С одной стороны, позиция Богаевского была однозначно проигрышной: не говоря уже о том, что меньшинству редко удается убедить большинство в любом споре, меньшинством еще и была выбрана раздражающая оппонентов тактика давления фактами, при которой Богаевский иллюстрировал свои тезисы с помощью фотографий и указывал на то, что Сергеев не владеет материалом; фактов было приведено столько, что они утомили присутствующих, но при этом базовые недостатки концепции самого Богаевского им никак не были скорректированы или принципиально развиты по сравнению с 1933 г. Все это давало возможность наносить болезненные удары, как это показывает реакция на замечание Богаевского, что «тронный зал» в Кноссе – это комнатка площадью всего в 15 квадратных метров. Хорошо, замечали противники, Кносский дворец не такой грандиозный, но ведь и Грановитая палата не слишком велика, как и храм Соломона в Иерусалиме[207 - Шепунова Т. Дискуссия об эгейской культуре (Обсуждение главы для III тома «Всемирной истории»). С. 208, 214.]. И так далее. Тюменев, давший в свое время резко отрицательный отзыв на ненапечатанную «Грецию до греков», не просто знал о слабых местах концепции, но, видимо, внутренне признавал их, а Дальский был плохим союзником.