Бог Солнца

Сомневаться не приходилось: раз Луна стала такой яркой, война богов докатилась до Рожана. Я всегда считала лунный свет прелестным: чистым и скромным, полностью меняющим вид всего мира – это оценит любой художник. Однако никогда прежде я не лицезрела полубогиню в таком пронзительном величии. Не стоило и надеяться, что получится передать захватывающее зрелище на холсте или ином материале. Возможно, лишь мозаика из обсидиана и бриллиантов справится хотя бы отчасти.

По возвращении в дом руки дрожали, тем не менее я взяла альбом для рисования, поднесла к ближайшей свече и начала с древесного угля.

Придется довольствоваться сероватой бумагой.

Я набросала горизонт: мне столь часто доводилось его изображать, что хватало просто памяти.

Бабушка цокнула языком.

– Какой прок в рисовании?

Она никогда не понимала занятий, от которых на столе не появляется еда, а в сарае – сено, поэтому я пропустила ее слова мимо ушей. Я заштриховала горизонт, сильно нажимая на уголь для плотности цвета, затем нарисовала на небе почти идеальный круг и закрасила остальную страницу.

После чего легким движением запястья добавила шрамы.

Рисование помогало мне думать. Живопись помогала думать. Лепка помогала. А сейчас мне ой как требовалось подумать.

– Возможно, Матушка-Земля передвинулась, – пробормотала я, заштриховывая тени.

– Матушка-Земля спит, – возразила Ката.

– Разве ты не ворочаешься во сне?

Рука замерла над рисунком. При тусклом свете и с помощью лишь кусочка угля удавалось передать разве что часть величественного пейзажа.

Я отложила инструмент. Будучи начинающим художником в Элджероне, я первым делом усвоила одно: нужно вовремя остановиться. Однако останавливаться не хотелось. Странно таким простым рисунком передавать столь сложное явление.

– Где Энера? – спросила я. Бабушка всегда требовала, чтобы ее называли по имени, и с возрастом я приспособила эту манеру обращения и к матери.

Ката доковыляла до стула и уселась, но не стала зажигать свечи на своем импровизированном святилище.

Она была набожна, но не глупа: не стоило растрачивать впустую ограниченный источник света.

– Кормит животных. Им все еще нужно питаться, знаешь ли.

Мои губы на мгновение плотно сжались.

– Я ей помогу.

С исчезновением света я, по крайней мере, стану хоть чем-то полезна. Мысль эгоистичная и вздорная – тем не менее она всплыла в голове.

– Возможно, боги наконец договорились, – предположила Ката.

Я тяжело сглотнула.

– Возможно, Солнце убит.