Хранитель очарованных комнат

– Подойдет любое, если цена приемлемая. Спасибо.

Она кивнула:

– А по части алкоголя есть предпочтения?

Тут он улыбнулся, но улыбка не соответствовала выражению его лица.

– У меня, эм, нет. То есть не нужно закупать алкоголь в расчете на меня.

– Все еще не пьешь? – спросил мистер Портендорфер.

Мистер Фернсби пожал плечами:

– Я избегаю того, что может привести к неприятностям.

Трезвость этого утверждения привлекла внимание Хюльды, а может, дело было в его выражении лица. Как будто у двух друзей был секрет, который они не решались озвучить в этих зачарованных стенах.

И пусть правила этикета соблюдались сейчас не в полной мере, они все же не нарушались столь грубо, чтобы Хюльда начала расспрашивать.

* * *

Спустя четыре дня с тех пор, как писатель унаследовал Уимбрел Хаус, и его нью-йоркская квартира была опустошена благодаря бостонскому институту, о котором он никогда и не слыхал, а его вещи были перевезены на удаленный островок в заливе Наррагансетт, Мерритт достал инструменты, собранные им за последние тринадцать лет, и нерешительно вошел в кухню, которая вроде как пыталась его убить.

Хюльда разместила по углам маленькие красные мешочки – амулеты из БИХОКа. С момента их установки дом казался… домом. Тени и скрипы сводились к минимуму, покуда он не выходил за границу действия амулетов. Мерритт спал крепче, чем во все предшествующие дни. Все казалось почти нормальным.

Но вот кухня, конечно, была в безобразном состоянии.

Стоя рядом, Флетчер присвистнул, как будто подслушал эту мысль и решил ее подчеркнуть.

Возможно, если убрать защиту, дом мог и сам себя починить. Мерритт не знал наверняка. А возможно, пол бы снова разверзся, затянув его и Флетчера вниз, и запер бы их навсегда, превратив погреб в могилу. От этой мысли писатель сглотнул. Ему действительно не хотелось опять оказаться в этой яме. По многим причинам. А Флетчеру нужно было возвращаться к сельскохозяйственному оптовику, на которого он работал.

Неизвестно, как его работодатель отреагирует, услышав «был съеден домом» в качестве оправдания за прогул.

А тем временем пол оставался все так же проломлен, открывая дыру размером где-то с два шага в самом широком месте и с его ступню в самом узком. Края досок были расщеплены, второй шкафчик с его стороны обгорел, и дверца криво висела на петлях, возможно, попорченная водой.

Но хотя бы очаг был в порядке.

– Сперва полы? – спросил Флетчер.